«Что это случилось с Солнцем? Как оно позволило себе такую неслыханную дерзость! Тут что-то не так… Пойду-ка, расспрошу Пюлехсе», — подумал великий Тора после встречи с крестьянским сыном. А когда пришел к Пюлехсе, оказалось, что и с ним Солнце было также непочтительно. Тогда они вместе пошли к Пихамбару. Но и Пихамбар толком ничего не смог сказать. После этого решили они пойти все втроем к Солнцу — пусть объяснится!
Не успел еще крестьянский сын окончить свой рабочий день, и Солнце, ничего не подозревая, отсыпалось дома, разбудил его сердитый Тора и стал спрашивать:
— Чем же это мы прогневали тебя, что каждого из нас ты стукнуло чашей по голове?
Солнце-то со сна не сразу и сообразило, о чем идет речь, а потом ответило:
— Вчера у меня был очень трудный день, я устало и попросило своего гостя походить сегодня по небу за меня. Но я не велело ему делать что-нибудь плохое!
Пока они вели такую беседу, вернулся верхом на солнечном коне крестьянский сын. Только он вошел в двери, боги начали выговаривать ему за его неслыханную дерзость. Но не смутился молодец и так отвечал на их обиды:
— Пихамбара следовало бы стукнуть еще и посильнее: его волки передушили всех моих овец!
— Хорошо, — сказал Пюлехсе, — а со мною почему был ты столь дерзок?
— Разве ты не понял? За то, что не написал мне на роду прожить век с одной любимой женой. Семь раз я женился, и все мои жены умерли. Разве не жестоко ты поступил со мной?
— Понятно, — нахмурил брови Тора. — А чем же я провинился перед тобой?
— А тем, что не предназначил мне счастливую жизнь! Люди вокруг в радости живут, а я только горе мыкаю!
Слушают боги эти горькие слова, а что возразить — не знают: ведь все это правда. Стали они тогда между собой советоваться, стали думать, чем же заняться крестьянскому сыну, чтобы он поскорее разбогатели зажил счастливо.
Тора повелел:
— Пусть он займется воровством, ведь это самый верный и самый короткий путь к богатству!
Пихамбар и Пюлехсе согласились.
Выслушал молодец решение богов и пошел восвояси. У крыльца увидел он коня Торы, мигом снял с него серебряное седло и прихватил с собой. Стали боги тоже по домам разъезжаться. Подошел Тора к своему коню, обнаружил пропажу и возмутился:
— Ну и ну! Кто же мог украсть у главного бога седло?! По всему видно — это дело рук того мошенника, который за Солнце работал. Давайте нагоним его и отнимем мое седло. Нагнали боги вора, спросили:
— О, дерзкий человек! Как ты посмел украсть седло у самого Торы?
— Так ведь Тора сам велел мне жить воровством, — удивился крестьянский сын. — Вот я и подумал: если Тора не рассердится за мою кражу и не накажет меня, то не будут на меня сердиться и люди. Потому я решил украсть сперва у Торы.
— Как же люди могут не сердиться на вора?! — воскликнул Тора. — Каждому жаль своего добра!
— Если так, зачем же вы велели мне заниматься таким ремеслом? — возмутился крестьянский сын.
И снова задумались боги, как им решить его судьбу. Наконец Пюлехсе предложил:
— Знаю я одного царя. Есть у него дочь — умница и красавица. Одна беда — она слепа от рождения. И в том же царстве-государстве есть такая скудная местность, где даже по берегам реки трава расти не может. Что нам стоит — давайте сделаем так, чтобы выросла там трава, а на эту траву три утра подряд выпадала роса. Пусть слепую царевну эти три утра водят к реке, собирают в чашу росу и той росой обмывают царевне глаза. Тогда она прозреет, и царь выдаст ее за нашего молодца. Тот сразу станет и богатым, и счастливым!
— Давно бы сказал! — проворчал Тора. — Мы тут головы ломаем, а все так просто можно устроить!
Вот отправился крестьянский сын в то царство, где жила слепая царевна. Там стал он шляться по трактирам да кабакам и громко хвалиться:
— Если бы царь пообещал отдать за меня замуж свою дочь, я быстро мог бы вылечить ее от слепоты!
Речи такие лишний раз напоминали о горе царской семьи, поэтому стражники схватили молодца и на всякий случай посадили в кутузку. Но слухи о нем дошли до дворца.
Царь вызвал к себе наглого хвастуна и спросил:
— Правду ли говорят, что ты можешь вернуть зрение моей дочери?
— Если пообещаешь выдать ее за меня замуж, то вылечу ей глаза, — отвечает наш молодец.
— Выдам, только вылечи! — пообещал несчастный отец.
Сделал тоща крестьянский сын все, как велел Пюлехсе. Отправился с царевной на берег той реки, где не росла трава. Много народу собралось там, чтобы увидеть своими глазами чудесное исцеление царевны.
Вот стали берега прорастать густой травой и к вечеру сплошь зазеленели.
А к утру на траву пала сильная роса. Собрали ее в чашу и омыли глаза царской дочери. Царевна сказала, что начинает что-то видеть. А трава поднималась все выше, становилась все гуще и зеленее. На другое утро и роса выпала еще обильней. Снова собрали ее в чашу и омыли глаза царевне. Она почти совсем прозрела. А трава все растет и растет. Вот на третье утро роса пала совсем небывалая. В третий раз ее собрали и умыли царевну. Совсем выздоровела девушка и стала еще краше, чем была.
Когда вернулись они во дворец, царь спрашивает:
— Видят ли твои глаза, доченька?
