Новеллизация по мотивам одноименного мультфильма производства DreamWorks Pictures.Жил был Шрек. Большой, зеленый, страшный, но очень обаятельный. И очень-очень нелюдимый. Так и прожил бы он всю свою жизнь в горячо любимом болоте… Если бы не желание Лорда Фарквуда жениться… чтобы стать королем.Здесь спокойная жизнь Шрека заканчивается… И начинаются приключения: разбойники, принцессы, драконы… и говорящий Осел.Если вы смотрели мультфильм, — вы обязательно должны прочитать эту книгу, чтобы еще раз пережить радость от хорошей сказки.Если вы НЕ смотрели мультфильм, — вы обязательно должны прочесть эту книгу, чтобы захотеть посмотреть мультфильм и пережить радость еще раз.
«…Когда-то, давным-давно, жила-была прекрасная принцесса. На нее было наложено ужасное заклятие, которое мог снять только первый поцелуй ее любви. Принцесса находилась в заточении в замке, охраняемом страшным огнедышащим Драконом. Многие бравые рыцари пытались освободить ее из этой ужасной тюрьмы, но это не удавалось никому. Она ждала в замке Дракона, в самой верхней комнате самой высокой башни, ждала свою настоящую любовь, и первого поцелуя любви…»
— Интересно, произойдет ли это когда-нибудь? — спросил сам себя Шрек с ехидным смешком, выдирая страницу из книги сказок, которую он читал.
Он делал это, сидя в туалете — у многих ведь есть такая привычка — читать, находясь в этом месте, хотя нельзя сказать, чтобы это была очень хорошая привычка. И уж совсем не годится использовать вырываемые из книги страницы так, как это сделал Шрек со страницей, на которой был нарисован прекрасный принц, спасающий принцессу. Впрочем, если учесть, кто такой был Шрек…
Шрек был тролль, гоблин, или, попросту, людоед. Правда, он никого из людей в действительности не ел — у него было достаточно другой, более вкусной и изысканной пищи — паштет из тухлого мяса, варенье из гусениц, вино из гнилых ягод — в общем, все то, что любят и охотно едят людоеды на завтрак, обед и ужин.
Но внешность у Шрека была вполне людоедская и весьма внушительная — восьми футов роста, втрое толще обычного человека, с кожей зеленого цвета и лысой головой… А уши у него были длинные, подвижные и свернутые в виде трубочек, наподобие сухих листьев, торчащих по бокам головы. Во рту виднелись огромные желтые зубы, а над глазами под узким покатым лбом топорщились густые косматые брови. Такого страшилища вполне можно было испугаться!
Выйдя из туалета, Шрек захлопнул за собой дверь и с удовольствием потянулся. Солнце склонялось к западу и освещало болото, на котором жил Шрек, таинственным закатным светом. Это была лощина, окруженная со всех сторон мрачным, темным лесом. Жилище Шрека находилось под корнями старого-престарого огромного дерева. Вся верхушка дерева сгнила и рассыпалась, корни обнажились и торчали из склона холма, образуя навес, и вот под этим-то навесом и был дом Шрека. Остаток ствола дерева был внутри пустой, и в нем проходила каминная труба, которая сейчас слегка дымилась.
Шрек стоял, с удовольствием глядя на свой дом, озаренный светом заходящего солнца. Больше всего он любил тишину и покой, а расположенное в лесной глуши жилище на болоте вполне этот покой обеспечивало. Недалеко от дома было затхлое озерцо, в котором Шрек имел обыкновение купаться. Вот и сейчас, еще раз сладко потянувшись, он направился к озерцу. Скинув одежду, Шрек прыгнул в воду. Вволю поплескавшись в болотной тине, он решил до ужина заняться делом, которое откладывал уже несколько дней.
Подобрав большой ровный кусок древесной коры, Шрек примостил его на треноге из корявых веток на пригорке, еще ярко освещенном солнцем, и, вынеся из дома краски и кисточку, принялся рисовать. Вначале на куске коры появилась похожая на грушу зеленая физиономия, затем злобно оскаленный рот с длинными и острыми зубами, свирепые выпученные глаза, уши трубочкой… Совершенно очевидно, что это был автопортрет Шрека. Только вот выражение лица у него сейчас мало походило на нарисованную им злобную рожу — оно было довольным и умиротворенным — Шрек гордился своим рисунком, который ему очень нравился. Он долго с умилением смотрел на портрет, а потом, не сдержав своих чувств, чмокнул его в губы. Краска на портрете еще не просохла, и на губах Шрека отпечаталось большое красное пятно. На рисунке Шрек сделал крупную надпись: «Берегись! Великан-людоед!». Закончив работу, он водрузил изготовленный плакат на шесте у входа в свою лощину.
Как мы уже сказали, Шрек любил одиночество, и по его замыслу плакат должен был оградить его от нежелательных посетителей. А посетители эти были даже ближе, чем Шрек мог предполагать.
На дверях трактира близлежащего селения, Дюлонга, вот уже несколько дней красовался плакат, очень напоминающий нарисованный Шреком, с той только разницей, что на нем было написано: «Разыскиваются великаны-людоеды! Вознаграждение!», и нарисованы мешки с деньгами. Объяснение этому было простое — лорд Фарквуд, правитель Дюлонга, развесил такие плакаты повсюду. Он считал себя великим человеком, и даже заставлял всех своих подданных именовать себя королем, хотя не имел не только королевского, но даже герцогского титула. И подданные именовали своего лорда королем — что им еще оставалось делать? Но кроме людей во владениях лорда Фарквуда проживали и другие существа, справиться с которыми было гораздо труднее. Чуть позже мы об этом услышим, а пока посмотрим, что же делалось в этот вечер в трактире.
