Обычная домовая мышь является предком многих декоративных подвидов, которыми торгуют зоомагазины, в том числе белой лабораторной мыши-альбиноса, ввезенной из Японии в начале двадцатого века, пятнистой мыши, мыши со спиралевидным хвостом, длинношерстной мыши, мыши с волнистой шерстью и даже бесшерстной мыши, которая в младенчестве покрыта белым пухом, а потом сбрасывает его и остается совершенно голой, как ее родители.

Домовая мышь считается прямым предком вальсирующей или танцующей мыши. Наследственный дефект среднего уха приводит к нарушениям вестибулярного аппарата, и мышь передвигается по странной траектории, но всегда совершает свои коленца и вращения в нужном направлении.

Едва ли можно что-нибудь сказать в защиту мыши — разве что признать ее ценность в качестве лабораторного животного, которым она стала с начала двадцатого века (см. главу 11). Разумеется, подъедая остатки с нашего стола, мыши способствуют сокращению числа других вредителей, например, тараканов. Тем не менее литература приписывает ей роль скорее героя, чем негодяя, и уж безусловно, мышь не вызывает ненависти или отвращения, которые мы испытываем к крысам. Обычно мыши предстают как крошечные, беззащитные, робкие и застенчивые создания, начисто лишенные страсти к разрушению и жестокости. Они — жертвы несправедливости, символизирующие человека, попавшего в нелегкое положение, что время от времени случается с каждым из нас. Как выразился д-р Кроукрофт: «В незавидном положении мыши есть что-то неуловимо знакомое». Еще лучше эту мысль выразил шотландский поэт Роберт Бернс в своем стихотворении, посвященном «Полевой мыши, гнездо которой разорено моим плугом в ноябре 1785»:

Зверек проворный, юркий, гладкийКуда бежишь ты без оглядки,Зачем дрожишь, как в лихорадке,За жизнь свою?Не трусь — тебя своей лопаткой Я не убью.Я понимаю и не спорю,Что человек с природой в ссореИ всем живым несет он гореВнушает страх,Хоть все мы смертные и вскореВернемся в прах.Пусть говорят: ты жнешь, не сея,Но я винить тебя не смею.Ведь надо жить!.. И ты скромнее,Чем все, крадешь.А я ничуть не обеднею —Была бы рожь!Тебя оставил я без кроваПорой ненастной и суровой,Когда уж не из чего сноваПостроить дом,Чтобы от ветра ледяногоУкрыться в нем…Все голо, все мертво вокруг.Пустынно поле, скошен луг.И ты убежище от вьюгНайти мечтал,Когда вломился тяжкий плугК тебе в подвал.Травы, листвы увядший ком —Вот чем он стал, твой теплый дом,Тобой построенный с трудом.А дни идут…Где ты в полях, покрытых льдом,Найдешь приют?Ах, милый, ты не одинок:И нас обманывает рок,И рушится сквозь потолокНа нас нужда.Мы счастья ждем, а на порогВалит беда…Но ты, дружок, счастливей нас…Ты видишь то, что есть сейчас.А мы не сводим скорбных глазС былых невзгодИ в тайном страхе каждый разГлядим вперед.(пер. С.Я. Маршака)

Безусловно, это одно из лучших литературных произведений, затрагивающих отношения между человеком и мышью, но и до и после Бернса авторы не раз обращались к этой теме. В «Моих песнях» Уолт Уитмен написал, что «мышь — настоящее чудо, способное обратить сикстиллионы неверных». У.Оудену принадлежит знаменитое стихотворение «Разговор с мышью», а Алан Дьюган сочинил трогательную «Погребальную ораторию для мыши», в которой рассуждает о храбрости и голоде, сведя их в «Живую схему страха», которая «полна жизни и… приносит болезни как подарок».

Чосер, Шекспир, Свифт и Поп — вот далеко не полный список английских поэтов, воспевших в своих произведениях маленького зверька. Впрочем, анонимные авторы даже более плодовиты — вспомните скрюченного человечка, у которого жила скрюченная кошка, ловившая скрюченных мышей и, разумеется:

Мышка бежала, хвостиком махнула…

Мышь является бессменным персонажем популярных детских стихов и считалок:

Перейти на страницу:

Похожие книги