Ямомото еще раз пристально посмотрел на своего подопечного, стараясь просканировать мысли сына, не задумал ли он чего? От этого тяжелого взгляда молодому человеку, словно страусу, захотелось спрятать голову в песок. Он никогда не обманывал старика на крупные суммы: лишь пару раз списывал со счетов пару миллионов долларов. Но это было недоказуемо и вот теперь, ему вдруг стало страшно и, даже немного стыдно.
Врожденная интуиция Кейтаро тот час подсказала, что замешательство Тикамацу не случайно. Не спуская с него глаз, он мысленно прокручивал все возможные варианты предательства или обмана со стороны приемыша, но не найдя таковых, решил вернуться к главной теме:
– Что дала отработка родственных связей? У него есть семья?
– Живых родственников не осталось, – со вздохом облегчения ответил Тикамацу и, желая поскорее избавиться от неприятного чувства тревоги, затараторил, – Нагорный вырос в Москве. После гибели родителей воспитывался в семье своей тети, привившей ему любовь к искусству. Она была преподавателем в художественной школе. В настоящее время Влад Нагорный является подданным Франции. Его дом в Ницце. Там же находится его студия, где он создает свои «шедевры».
– А как насчет женщин?
– У него нет серьезных отношений. Ведя наблюдение за ним, мы не заметили, чтоб он был с одной и той же девушкой дважды…
– Это уже сложнее, – поежившись в кресле, прокряхтел старик и, – раскрыл лежащую перед ним папку. – Этого прохвоста не удивишь тихими семейными вечерами и футбольным матчем по выходным. По всему видно, что Нагорный игрок и в нашей власти предоставить ему достойную партию…
– В партии еще один игрок, – многозначительно заявил Тикамацу и замолчал, ожидая реакции старика но, видя, что не один мускул не дрогнул на его лице, продолжил: – речь идет о министре совета безопасности России генерал – майоре Зорине Александре Александровиче. Чиновник имеет неограниченную власть в силовых структурах. Зорин был лучшим другом Георгия Нагорного, отца объекта. После автокатастрофы, в которой погиб дипломат вместе со своей женой, Александр Александрович стал заочным опекуном Влада. А, когда, Нагорный начал устраивать аукционы, то министр превратился в своеобразную «крышу» от неприятных встреч с представителями закона и криминальными структурами. По этому пункту имеются дополнения: Зорин далеко не альтруист и не испытывает особых отеческих чувств к подопечному. Нагорный для него – это «курица несущая золотые яйца». С каждого аукциона «опекун» получает хороший процент. А для того, чтобы держать мошенников под колпаком, министр устроил им фальсифицированное задержание, когда те перевозили часть экспонатов Третьяковки. Чиновник сумел сохранить с ними доверительные отношения, завуалировав то задержание под реальные действия спецслужб и изобразив из себя героя, который, рискуя собственной шкурой, вытащил их из КПЗ, пообещал им дальнейшую протекцию в обмен на щедрый куш с аукционов. Зорин тайно хранил дело в архиве министерства и держал его на случай неповиновения или отказа «производить взносы». Однако, об этом деликатном нюансе, Нагорный и Чернов не осведомлены.
Ямомото печально вздохнул и, выпуская клуб синеватого дыма, сказал:
– Для того чтобы вырвать Нагорного из когтей Зорина потребуется что-нибудь посерьезнее, чем эта папка.
– Несмотря на оффшоры, мы отследили финансовые потоки, которые переводились от мошенников на счет Зорина. Так что, аргументов более чем достаточно…
Старик повеселел и, глядя на Тикамацу, с нескрываемой радостью и гордостью в голосе произнес:
– На этот раз ты превзошел сам себя! Министра России на крючок посадил! Молодец, порадовал меня на старости лет! Не зря учился! Только вот одна проблема, – вновь нахмурился старик, сосредоточив свое внимание на документах, – русские тоже не станут сидеть сложа руки!
– Я думаю, когда Зорин узнает, какими сведениями мы располагаем, ему придется отступиться от Нагорного.
– Или убить его, что делает вопрос решенным…
– Министр уверен, что документы на месте и, никто не знает о его внештатной работе в роли «крыши». Пока все идет по плану и, я не вижу причин для беспокойства. Как только Зорин обнаружит пропажу документов, наш агент поставит нас в известность. Ситуация под контролем. Кроме того, как я уже говорил, для нейтрализации Зорина, на случай его нежелания принять нашу позицию, мои люди заканчивают разработку по Третьяковской галерее. Это тот капкан, из которого министру не выбраться.
– Я не люблю русских за то, что они непредсказуемы! Никогда не знаешь, что может взбрести им в голову. При обнаружении пропажи папки, для русских первыми подозреваемыми станут Чернов и Нагорный и, если к тому моменту они окажутся у нас, то можно праздновать победу. Но, если Зорин решит кроссворд раньше, нужно быть готовым к любым сюрпризам, – глядя на сонную канарейку, предположил старик.
– В разработку операции включен пункт о том, чтобы министр обнаружил пропажу в нужный нам час. Его осведомленность поможет нам убить двух зайцев сразу…
