– Вселенная призвала нас из глубин Пространства. Мы ее верные жрецы посланы к лунным девам во спасение от смертоносного Змия! Наша встреча началась с недоразумения, и мы покорнейше просим прощение за нашу дерзость, – приложив ладонь к груди, заискивающе говорил помощник. – Мы же в свою очередь не держим зла на лунных дев. Случилось так, как было предначертано Богами.… Мы исполнили свой долг и, впереди нас ожидает дружба и согласие на долгие времена…
Наблюдая за Тикамацу, красноречие и актерский талант которого претендовал на премию «Оскар», Влад ожидал что женщины разразятся смехом от столь идиотского анонсирования. Однако дамы восприняли речь японца вполне адекватно. Ему даже показалось, что заявление Тикамацу прозвучало для женщин так же обыденно, как если бы речь шла о близлежащем населенном пункте, где самая распространенная профессия – это жрец, в обязанности которого входит ликвидация доисторических рептилоидов. Влад не мог понять реакции местных: – «Японец заливает о каких-то «глубинах пространства», а дамы ни сном, ни духом! Кто они такие, актеры или сектанты? Даже если сектанты, помешавшиеся на мифологической почве, то ведь не всегда же они жили на острове! У них были семьи и родители, они учились в школе.… Или они все здесь с диагнозом шизофрении? Победить эту систему, похоже, будет непросто. Придется подыгрывать, пока не разберемся и раздобудем весомых доказательств».
Лилу внимательно слушая Тикамацу, в недоумении нахмурила брови и задумалась:
– «Как же так? В чем провинился Змей? Ведь он исправно нес службу!». Недоверие и гнев бушевали в ее сердце, но доказательств против пришельцев не было. Скорее, напротив, в словах гостей было больше совпадений, чем расхождений и диссонанса. «Как жаль Змия! Что задумала Лилит?». Вслух же сказала:
– Вы почетные гости на моей земле. Богиня предупреждала меня о вашем появлении, но не указала, с какой миссией вы прибудете. Что ж, ваши слова, возможно, правдивы…. Богиня благосклонна к вам, – натянуто и с неохотой, произнесла Лилу и после небольшой паузы, пояснила, – так как строго настрого запретила мне убивать вас…
– Они что, серьезно приняли нас за жрецов? – воскликнул на русском Глеб и, держась от смеха за живот, продолжил, – Чую, весело здесь будет…
– Да, – хмуря брови, ответил Тикамацу. И его угрюмый настрой тут же отразился зловещим резонансом в возмущении местных…
Женщины начали галдеть и, тыча в Глеба пальцем, наперебой обвиняли его в очередной дерзости, неуважении и возможном заговоре. Только что заключенный мир оказался под угрозой. Тикамацу, проклиная Чернова, сжал кулаки и поспешил исправить положение. Он встал с места и вновь обратился к царице:
– О, повелительница лунных дев, не обращай на него внимания, он безобиден как дитя. Это наш новый жрец, он перенес тяжелую болезнь ума. После удара по голове и прохождению потусторонних коридоров ему совсем стало худо. Порой он смеется и говорит на «своем» языке. Болезнь легла тяжким бременем на его и без того нелегкую долю…
Недовольство и крики понемногу утихли. Женщины, переглядываясь, сочувствующе закивали головами. Конфликт на удивленье был нивелирован. А девушка, которая прежде ударила Глеба дубинкой, подошла к нему и, наполнив его чашу вином, нежно погладила по голове.
Глеб, словно мартовский кот, тут же обнял девушку за зад и, подмигнув ей, сказал:
– Крошка на твое счастье я сегодня свободен… Ты можешь загладить свою вину. Смекаешь, о чем я?
Но она, приняв подмигивание не иначе, как за очередной симптом болезни, с еще большим сочувствием посмотрела на Глеба.
– К тебе или ко мне? – глядя на обнаженную грудь, флиртовал Чернов.– Могу Влада позвать, организуем троечку, обещаю, не пожалеешь…
Девушка не поняла суть его предложения и, добродушно улыбаясь, вернулась к своим подругам. Глеб с разочарованием вздохнул и крикнул ей в след:
– Послушай, если хочешь, мы и Каца пригласим…
Но Чернова уже никто не слушал…
Лилу терзалась сомнениями и неразрешимыми вопросами:
– «Что же мне делать с этими «дорогими гостями» и как скоро они уберутся с моей земли? Придав оттенок вежливости своему голосу, она спросила:
– Когда собираетесь в обратный путь?
Глеб демонстративно хмыкнул и высказался уже на местном языке:
– А что, пора котомки в дорогу собирать? Прямо как в анекдоте: – «Ой, а вы даже и чайку не попьете?».
На этот раз сквозь ропот возмущения был слышан смех толпы. Неуважение было на лицо и, женщины, ожидая реакции царицы, то и дело бросали любопытные взгляды с Лилу на Чернова. Ответа не пришлось долго ждать….
Лилу оценила юмор, но вида не подала. Приняв строгий вид, она решила остепенить и приструнить гостей:
– Все, что меня интересует, я уже спросила. А все, что нужно вам – вспомнить мой вопрос и дать на него четкий ответ. В противном случае, я прикажу вырвать ваш длинный язык… Это не будет считаться нарушением воли Богини, так как вы останетесь живы… Скорее это окажется даром для вас ибо вы обретете возможность молчать и думать…
