Тем временем они оказались в просторном зале. В центре находилась золотая статуя Быка, а по кругу, на широких лавках стояли вазы, чаши, кувшины и кружки самой разнообразной величины и формы. Сосуды были покрыты разноцветными рисунками, украшенные головами животных и птиц. Они были доверху наполнены золотыми перстнями необычайной красоты, ручными и ножными браслетами с искусной резьбой и усеяны драгоценными камнями. Пол сплошь устилали золотые монеты и бляшки. На стенах висели мечи, копья, секиры и щиты из золота и серебра. Мужчины замерли от такого убранства…
– Вот это да! – присвистнул Чернов. – Да здесь работы непочатый край! Мы и за неделю все не выгрузим!
Влад снял со стены пару факелов и, подпалив их, подал Лилу и Тикамацу. Комната наполнилась ярким светом и груды золотого металла, переливаясь в красно-синем пламени огня, создали восхитительную иллюминацию.
Равнодушно взирая на окружающее великолепие, Лилу спросила:
– Ты сказал, что бывал здесь…. Что ты здесь делал?
– После защиты диссертации меня направили в Саккара для исследования этого комплекса, – начал рассказывать Влад и вновь заметил ту же призрачную тень. Пройдя сквозь него, она направилась к статуе Быка и медленно просочилась в ее основание. Он незамедлительно подошел к месту исчезновения загадочного фантома и обнаружил в пьедестале тоненькую щель: – Любопытно, но не в одной исследовательской работе посвященной комплексу Джоссера не упоминается о подобном артефакте…. Думаю, это погребальная камера, – осторожно постукивая по пьедесталу и прислушиваясь к резонирующему звуку, предположил Влад. – По крайне мере, квадратура основания вполне позволяет вместить саркофаг. И если я не ошибаюсь, то сейчас мы 92 фута под землей, в северной части пирамиды. Нам необходимо проникнуть внутрь пьедестала….
– Осторожно, брат, – предостерег его Глеб, – Фараон был не глуп и не позволил – бы просто так открыть свой гроб…
– Я согласен это опасно! – запаниковал Тикамацу. – А если там смертоносное устройство? Как ящик Пандоры, который лучше не открывать! У нас нет ни соответствующего снаряжения, ни разрешения, ни средств защиты для проведения подобных работ. И как это поможет нам выбраться отсюда?
– Не знаю, но я выбираю дерзость надежды. Пойму, когда доберусь до содержания…. На мне перстень, а вам в целях безопасности надо бы убраться подальше, – скомандовал Влад и, нащупав рычаг под статуей, уверенно нажал на него.
Механизм с легким скрежетом выдвинул гранитное основание на середину зала. Раздался резкий хлопок, и струи жидкости разлетелись в разные стороны…. Пенясь и разъедая мозаику на полу, вещество начало испаряться. Терпкий запах ударил в нос и, помещение наполнилось едким зловонием, от которого першило в горле, и слезились глаза. Как только пары рассеялись, Влад, сгорая от любопытства, ринулся к коробу.
Предчувствия подтвердились: покрытый вековой пылью, его взору предстал золотой саркофаг. На крышке последнего пристанища фараона была гравюра. Влад осторожно смахнул пыль и, освещая факелом надпись, прочел:
– «Сыны света всегда на страже»…
Его охватило чрезвычайное волнение, которое бывает у ученого в преддверии научного открытия. Пренебрегая осторожностью, Влад открыл крышку гроба. На мумии, перевязанной серовато-желтыми бинтами, лежала зеленая каменная пластина. « Неужели это правда? – прокручивал он в мозгу. – В период царствования Джоссера медицина, наука и искусство достигли небывалых высот. Одна из версий такого прогресса в том, что он обладал тайным знанием «Шумерской скрижали»… Никто в мире не видел целиком того артефакта. Единственный сегмент скрижали хранился в секретной лаборатории. Теперь ясно откуда добыт тот фрагмент. Осталось понять, с какой целью тень привела к скрижали?».
В этот момент подошел Чернов и, скривив физиономию, спросил:
– А где сокровища? Только булыжник? Или есть что-нибудь ценное?
Окостеневшие пальцы фараона крепко сжимали реликвию и для того, чтобы достать ее, Владу пришлось сломать несколько пальцев почившего: – Простите за доставленные неудобства, но иначе не вышло, – извинился он перед усопшим и, взяв в руки скрижаль, сказал, – если верить слухам, то этот «булыжник» дороже всего, что есть в этом комплексе…
– На вид обычный камень, только зеленый как купорос и весь в каких– то символах, похожих на закорючки манускрипта Кейтаро, – скептически высказался Глеб.
– Есть довольно интересные сведения по поводу этой скрижали. Говорят, она сделана из субстанции, полученной путем алхимической трансмутации, неуничтожима и устойчива к любым термическим и химическим воздействиям. В связи с этим, возникает логичный вопрос: кто несколько сотен тысячелетий назад смог создать подобное и зачем после разломал на куски? «Интересно, что здесь написано? – исследуя неизвестные стенографические знаки, думал Влад, как вдруг почувствовал легкий импульс, исходящий от перстня». Набор знаков в одночасье стал понятен и воспринялся им, словно родной язык. Влад, заинтригованный происходящим, принялся читать:
