Хитрость полностью

Хотя его слова были холодными, прикосновение было горячим, обжигающим. Резкий контраст вызывал покалывание и мурашки по коже. Наши сердца бились беспорядочно, когда наши тела соприкасались в области груди.

— Нокс, — наконец-то мне удалось выдавить.

Грубо захватив мой подбородок между большим и указательным пальцами, он исправил:

— Мистер Деметрий. Мы уже говорили об этом.

Я попыталась кивнуть, желая сдержать слезы от безвыходного положения последних дней.

— Мистер Деметрий.

Нокс продолжал смотреть на меня, убирая мои длинные волосы с плеч и подальше от моего лица. Заключённая в его объятия, я стояла неподвижно, когда мои глаза восстановили резкость, выражение его лица стало более ясным: на лбу и на шее пульсирует вена, челюсть то сжимается, то разжимается.

Я хотела прикоснуться к нему, вспомнить и запомнить его. Потянув пальцы к щетине, я вспомнила его телефонное указание, он сказал, чтобы я поблагодарила его. Слова снова были на кончике моего языка. Однако, прежде чем я смогла прикоснуться, Нокс освободил мой подбородок и перехватил мою руку. В болезненном захвате он сжал мои пальцы.

— Нет, — сказал он, его лицо приблизилось к моему, — мисс Коллинз, новые правила. Мои правила.

Когда наши губы были близко, а его теплое дыхание коснулось моих щёк, его резкий тон и резкие слова создали новую пропасть между нами. Несмотря на то, что мы стояли всего в нескольких дюймах друг от друга, расстояние казалось большим, чем тогда, когда мы расстались.

— Говорите, мисс Коллинз.

Я смотрела на его полные губы, когда его незнакомый тембр раздался в ушах.

— Я ещё не слышал ничего из этих прекрасных губ, кроме моего имени.

Все, что бы он ни приказал. Слова Карен повторялись, как отвратительная пластинка в глубинах моего разума.

— Спасибо, — я прошептала надтреснуто от волнения.

Нокс сделал шаг назад, ни разу не моргнув. Уголки его губ медленно поднялись. Это была не та сексуальная, угрожающая ухмылка, которую я успела полюбить. Все было по-другому, или все дело в его глазах. Бледно-голубой был цветом льда, лишенным эмоций. В его взгляде сиял расчёт и оценка, он изучал меня, сканировал, искал слабые места и тайны. Я видела это раньше. Я жила с ним.

Я выпрямилась и застыла. Сглотнув последнюю каплю слюны, я произнесла:

— Спасибо, мистер Деметрий.

— За что…? — подтолкнул он.

— За помощь.

Жар от его захвата исчез, когда Нокс отпустил мою талию, лишив меня равновесия и заставив споткнуться. Мои плечи столкнулись со стеной, что побудило меня осмотреться и обратить внимание на факт, что мы все ещё находимся у входной двери.

С неожиданным присутствием Нокса я не поняла, что мы даже не вошли в номер. Темные комнаты за пределами нашего пузыря стали более зловещими, так как Нокс нарезал круги, прежде чем остановиться передо мной.

Приблизившись, он ответил:

— Неверный ответ, мисс Коллинз. Я не помогаю вам. Я помогаю себе. Вот, чем я занимаюсь. То, что было между нами в «Дель-Маре»… — Он указал между нами, — …то, что мы делали, это был не я, не тот, кто преуспел в этом грязном мире. Это был тот, кто считал, что он встретил принцессу, которой нравилось, чтобы с ней обращались как со шлюхой. — Его губы сжались, пока он медленно покачал головой. — Ты меня обманула.

Я открыла рот, чтобы не согласиться, чтобы объяснить, что я никогда не обманывала его, не о том, кто я, не о том, кем я была с ним. Затем он произнес одно слово, которое заставило меня замолчать.

— Чарли́.

Вес моего недельного прозвища раздавил меня.

— Н-нокс, позволь объяснить.

— И это было ложью. — Поворачиваясь к темной гостиной, он вызывающе поднял подбородок. — Идёмте, мисс Коллинз. Вам предстоит усвоить правила и наказания за действия.

Глава 3

Чарли́

Холодок пробежался по спине, когда я направилась вперёд. «Дежа вю» затягивало с каждым шагом, как будто погружаешься глубже в невидимые зыбучие пески. Я не смогу прожить год с этим Ноксом, стоп, не с Ноксом, а с мистером Деметрием. Каким-то образом я должна вернуть СВОЕГО Нокса.

Он остановился и включил лампу возле дивана, освещая небольшую часть затемнённой комнаты. Сидя в кругу мягкого света, он откинулся назад и расстегнул серый пиджак, обнажив белую льняную рубашку и голубой галстук. Галстук двигался, когда его широкая грудь вздымалась и опускалась при каждом вдохе. Всё это время он не сводил с меня пристального взгляда.

— Подойти ближе. Я хочу видеть тебя и оценить, во что вложил деньги.

Медленно, я двинулась вперёд. Его глаза бесстыдно блуждали по мне вверх и вниз, задерживаясь на некоторых местах подольше. След от его взгляда полыхал не так как раньше, но с чувством стыда. Молчание продолжалось, когда я встала перед ним. Неопределенность наполнила мои мысли.

Когда Нокс сдвинулся, его физическая реакция была очевидна.

— Можем ли мы обсудить…, — начала я.

— Нет. Молчи.

Я моргнула и попятилась к дивану.

— Стоять.

Я остановилась на полпути. Всего в нескольких шагах от меня находился человек, которому я отдала тело и сердце, и всё же это был не он. Я не знала, кто передо мной.

— Правила, мисс Коллинз. Новые правила.