Прекрасно сшитый белый брючный костюм с мелким черным рисунком удачно дополнял эффектно завязанный ярко-фиолетовый шарф, пальцы рук были унизаны золотыми кольцами, в ушах и на груди сверкали бриллианты. Обилие драгоценных камней ошеломляло. Подобной роскоши мне не приходилось видеть даже на выставке-продаже ювелирных изделий.
Пока я приходила в себя и пыталась оторвать взгляд от перелива камней, женщина спешно затараторила:
– Владимир Сергеевич, ну что же это такое? Почему моим делом никто не занимается? Я же вас прошу найти очень дорогие вещи, а не булыжники какие-то! – возмущалась она. – Меня обворовали, а никому до этого нет дела. Вы же мне обещали и…
Тут Киря, явно не выдержав, самым наглым образом перебил ее, произнеся:
– Алла Алексеевна, хочу представить вам одного человека. Познакомьтесь, это Иванова Татьяна Александровна.
Женщина обернулась и, как мне показалось, только сейчас заметила мою весьма скромную персону. Конечно, ни в какое сравнение с этой богачкой я даже не шла.
«Впрочем, – остановила я себя, – с чего это я так прибедняюсь? Женщина она хоть и богатая, но уже в возрасте, а я же в отличие от нее в полном расцвете сил. Так что еще посмотрим, кто чего стоит».
Придя к такому выводу, я гордо вскинула голову и победно улыбнулась женщине. Хотя все еще корила себя за то, что так редко надеваю всякие побрякушки, конечно, не очень дорогие, подаренные мне различными кавалерами, – не век же им зря валяться. Нужно когда-то и людям показать.
Женщина тем временем окинула меня не слишком доброжелательным взглядом и вновь повернулась к Кирьянову. Тот же, не давая ей возможности открыть рот, зачастил:
– Алла Алексеевна, я ведь совсем не случайно представил вам эту девушку. Она занимается расследованиями непростых дел и, насколько мне известно, еще не потерпела ни одной неудачи.
– И что с того? Не понимаю вашего намека, Владимир Сергеевич, – присаживаясь, теперь уже намного тише и с ноткой кокетства в голосе произнесла женщина. – Она что, следователь?
На последний вопрос Кирьянов не ответил, сосредоточившись на первом:
– А то, что ваше дело у нас уже давно закрыто, и, если вы желаете, чтобы кто-нибудь им занимался, вам лучше всего обратиться к частному детективу. Раз уж украденные вещицы так дорого стоят, то тем более не следует экономить деньги на поиске грабителя. А это как раз по Татьяниной части. Это все, что я хотел вам сказать, – закончил Киря. Затем, немного помявшись, добавил:
– Прошу меня извинить, у меня срочное дело. Таня, поговори пока с Аллой Алексеевной.
Сразу после этого Володя вышел. В комнате повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь стрекотанием печатной машинки, доносящимся из-за двери, и гулом автомобилей, долетающим из-за зарешеченных окон. Мы с посетительницей молча рассматривали друг друга.
Теперь я наконец обратила внимание на ее лицо, которое как-то потерялось вначале в блеске украшений. Лицо женщины, к моему удовольствию, оказалось ничем не примечательным: глубоко посаженные голубые глаза, прямой нос, четко очерченная верхняя и слегка пухлая нижняя губа. Химия на бесцветных волосах удачно скрывала их недостаток. В толпе мимо такой пройдешь и не заметишь.
Злорадно отметив про себя, что, кроме драгоценностей, женщине блеснуть нечем, я решила прервать и так уже затянувшееся молчание:
– Ну и как? Желаете, чтобы я занялась поиском ваших драгоценностей, или предпочитаете оставить все как есть? Решение за вами.
Женщина недоверчиво посмотрела на меня и спросила:
– А чем вы подтвердите, что вы частный детектив и что платить я вам буду не зря?
«Вот стервозина! Не зря тебя бог покарал, скрягу такую», – подумала я про себя. А вслух, вполне спокойно, но с некоторой язвительностью, ответила:
– Лицензии, дающей разрешение на деятельность частного детектива, вам будет достаточно? Или запросите еще и рекомендательные письма от бывших клиентов?
Женщина фыркнула:
– Я имею полное право на предоставление мне такой информации. Это не побрякушки, а очень дорогие вещи, и платить деньги, не зная, что все будет найдено, я не намерена.
– Не только вы, но и никто другой не стал бы этого делать, – заметила я, зная тем не менее, что не смогу показать ей свою лицензию, так как на руках у меня ее не было. Оставалось надеяться, что эта стервоза поверит мне на слово. – Но если вы решитесь воспользоваться помощью частных детективов, то вам придется верить им на слово. Иначе никто просто не возьмется за эту работу. А меня вам порекомендовал подполковник милиции, разве этого не достаточно?
Пострадавшая задумалась. Было очевидно, что вернуть драгоценности ей жуть как хочется, но рисковать и платить деньги частному сыщику она боится. Скупердяйка даже изменилась в лице, но заговорила в конце концов более приветливо.
– Сколько вы берете за свою работу?
– Двести долларов в день, – сказала я, но, увидев, как высоко поднялись тонкие брови женщины, пояснила:
– Как правило, я работаю над одним делом не более недели – это ровно семь дней.
