— По-твоему, в мире все плохо? — вздохнул Герман.
— Все неидеально, — поправила Галина. — Разве в идеальном мире тебе пришлось бы совершать убийства?
— А кто говорит про идеальный мир? — хмыкнул Герман. — Мы, к счастью, материалисты. А материалистическое учение гласит, что человек сам кузнец своего счастья. Вот я и кую.
— Ну что мне с тобой делать… — ласково улыбнулась Галина. — Бьюсь, бьюсь, а ты все тот же… Безумный мой кузнец…
Герман лежал рядом с Галиной и читал сценарий Мумунина, пока она гладила его по волосам.
— Есть! — воскликнул вдруг Герман. — Нашел!
— Что нашел? — спросила Галина.
— Способ убийства…
— Ну-ну? — заинтересовалась Галина.
— А вот послушай, — Герман, слегка прокашлявшись, принялся с выражением читать:
«— Замуж хочу! — закричала Маня.
— Что ты несешь? — задрожали губенки у ее мамаши.
— Молчи, карга, — отмахнулась Маня.
Шавлов плотоядно оскалился.
Прямо перед ними с какою-то немыслимой скоростью промчался колоссальный самосвал. Шавлов со всей дури шандарахнул по тормозам — и тем предотвратил неминучую погибель себя и двух бабенок.
Еще не раскумекав, что стряслось, пассажиры стали свидетелями кровавой аварии. В ста метрах перед ними, по краю шоссе, неторопливо фланировал некий мужлан с большим бидоном пива. По своей стороне, навстречу свирепому самосвалу, шел автобус. Лютый самосвал из двух зол выбрал-таки меньшее — уступил автобусу, однако сшиб мужлана, едва не превратив его в лепешку. Все это произошло в течение двух, от силы трех секунд. Гремел катящийся по шоссе бидон, а его владелец, только что улыбавшийся и предвкушавший лишь хорошее, лежал, как говорится, насмерть умерщвленный.
В этот момент два неповоротливых милиционера на мотоцикле с коляской обогнали зловещий самосвал и встали поперек шоссе. Самосвалище остановился.
Один из толстомясых милиционеров открыл дверцу кабины, и прямо на него вывалился тяжко, мертвецки, невероятно пьяный малый. Непослушными губешками шоферюга повторял одну лишь фразу:
— Хрена ли? Хрена ли? Хрена ли?
К грандиозному самосвалу сбежался жадный до скандалов народец. Шоссе тотчас же запрудили несметные полчища машин. Из автобуса бежали все равно как сбесившиеся пассажиры. От придорожного поля неслись восторженные пацаны, голося: “Авария! Авария!” Работавшие в поле колхозники вооружились биноклями.
Клавдия Ивановна с трудом пробиралась к брюхатым милиционерам.
— Товарищ сержант, или как вас там, — схватила она за рукав наиболее толстомордого из милиционеров. — Там же человек валяется в кювете, как говорится, без задних ног. Дайте мне кого-нибудь, я его осмотрю. Я врач, да будет вам известно.
И Клавдия Ивановна не без гордости посмотрела на сального милиционера.
— А что вы ему — задние ноги хотите приделать? — заржал на это милиционер.
Клавдия Ивановна нахмурилась, но тут заметила вылезавшего из кабины и страшно пьяного убийцу.
Увидев его омерзительную мордуленцию, она вся как-то подбоченилась и в гневе своем стала еще более отталкивающей каргой.
— Пьяная скотина! — прошептала она одними только старческими губищами.
— Нет, а ты меня, старая, поила? Да? Поила? — бормотал каким-то чудом услышавший ее “скотина”.
Тем временем Шавлов оттащил труп любителя пива в тень. Там толпились люди, и какая-то бабенция уже истошно кричала подбежавшим молокососам:
— Васька, сукин ты кот! Чеши скорее в правление, скажи — Акакия Израилевича переехало!»
Герман закончил читать и шумно выдохнул.
— Там действительно все так написано? — усомнилась Галина.
— Конечно, — сдерживая смех, отвечал Герман. — Сама посмотри, — он показал ей книгу.
— Ладно, не надо, — уклонилась Галина. — Я поняла твой самоновейший замысел.
— Я всегда говорил и буду говорить, что ты умница! — провозгласил Герман, отшвырнул книжку в угол и заключил любимую женщину в горячие объятия.
К этому разговору они вернулись уже после ужина.
Допив чай, Галина задумалась о чем-то и вдруг спросила, посмотрев на Германа:
— Так, значит, ты хочешь переехать Мумунина самосвалом?
— Не обязательно самосвалом, — отвечал Герман. — И не обязательно переехать. Можно и просто сбить… Я из сценария, кстати, так и не понял, сбили его или переехали. А как в фильме было, не помнишь?
Галина покачала головой:
— Смутно. Там это как-то мельком показано. Не запомнилось.
— Как и все остальное, — добавил Герман. — Но способ тем не менее найден.
— Сбить его машиной насмерть?
— Так точно.
— А где взять машину?
— Ну, это не проблема, — протянул Герман. — Взял же я воронок. И никто ничего не заметил.
— А грузовики в мосфильмовском гараже тоже есть? — спросила Галина.
— Я ведь говорю: грузовик не обязателен, — повторил Герман.
— Но на легковом автомобиле, наверно, не так-то легко сбить человека насмерть…
— А я все тот же воронок позаимствую, — нашелся Герман. — Таким, пожалуй, можно и насмерть. Как думаешь?
— Ты прямо машину-убийцу хочешь сделать из этой модели… как ее там?
