После этих слов, веки девушки сомкнулись, и она провалилась в глубокое небытие, умчавшись в непроглядный мир грёз, доступный только ей одной. Заснувшая Оля опустила голову на плечо Евгения, и тут же превратилась в лёгкий ветерок, который развеялся по округе, оставив после себя лишь тонкий аромат тропического цветка — последнее напоминание о прекрасной спутнице, вернувшейся в его жизнь так неожиданно и дерзко, чтобы вновь её изменить, наводнив необычайными красками и эмоциями. А главное — смыслом.
Песня, льющаяся из невидимых колонок, завершалась.
Евгений стоял, положив руки на поручень, и задумчиво глядел на свой маленький мир, неукротимо поглощаемый сумерками. Он уже почти сумел забыть его пугающую изнанку, поддавшись беззаботному Ольгиному задору. И почти уже был по-настоящему счастлив, но… Послышался крик, и лицо Жени тут же перекосила гримаса нечеловеческой боли. Вопль, неожиданно раздавшийся где-то совсем рядом, казался настолько невыносимым и тяжким, что свет померк в глазах. Как он мог позволить это?!
А что он мог сделать? Как он мог это предотвратить?! Евгений висел на поручне, и тело его сотрясалось в рыданиях. Лишь одна мысль утешала его. Ольга ушла вовремя, и не успела услышать этого. Хо сдержало своё обещание. Но какой ценой?..
Красная палуба была целиком погружена в темноту, поэтому Бекасу и Лиде приходилось двигаться по ней на ощупь. Они старались не поднимать шума, чутко прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь приглушёнными скрипами и повизгиванием радиопомех, доносившихся из радиорубки, в которой колдовал неутомимый Геннадий. Продвигаясь вдоль стены, Иван одной рукой ощупывал её перед собой, а другой — крепко удерживал за руку Лидию, идущую за ним следом. Ковёр надёжно скрадывал звуки их шагов, поэтому до дверей люкса они добрались незамеченными. Капитан их не услышал.
Аккуратно открыв дверь, Бекас пропустил вперёд Лиду, вошёл следом за ней, и также осторожно заперся на замок. В люксе витала лёгкая прохлада. Очертания предметов мебели чернели в полумраке. Гардины на окнах едва заметно просвечивали, выделяясь на абсолютно тёмном фоне, неправильными серыми четырёхугольниками.
— Давай включим свет? — шёпотом предложила Лида.
— Сейчас, — отозвался Ваня, скользящий в темноте, как привидение. — Подожди. Он где-то здесь включается.
Шурша, его руки шарили по стене. Наконец, этот поиск завершился щелчком, после которого спальня в люксе осветилась мягким светом бра и ночных светильников. В этом загадочном свете, лишь слегка отодвигающем темноту в дальние углы помещения, и раскрашивающем освещённые участки жёлто-красной цветовой палитрой, элитные апартаменты выглядели ещё богаче и величественнее.
— Ну? Как тебе здесь? — обернулся к подруге Бекас, сияя улыбкой.
— Здесь классно, — кивнула Лидия. — Но всё это я уже видела. Ты обещал показать мне нечто интересное, не так ли?
— Помню-помню, — Иван запрыгнул на огромную кровать, и, развалившись на ней, добавил. — Иди сюда — покажу.
— Да ну тебя, — махнув рукой, Лида развернулась, уже собравшись уходить из люкса, но голос Вани её остановил.
— Подожди, Лид! Я не прикалываюсь! Я это спрятал под подушкой. На самом деле.
Лидия обернулась. По озадаченному лицу парня она поняла, что он действительно что-то прячет от неё, и ему не терпится похвастаться этим. Интерес в её душе разгорелся с новой силой.
— Смотри, если прикалываешься! — погрозила она и, подойдя к кровати, легла рядом с Бекасом, недоверчиво глядя на него.
Лёжа на животе, Иван запустил руку под подушку, и вынул из-под неё небольшую коробочку квадратной формы, обшитую пурпурным бархатом.
— Вот.
— Это… Что? — Лида удивлённо посмотрела на протянутый ей предмет.
— Возьми. Открой.
Бархатная коробочка оказалась в руках Лидии, и, повинуясь её подрагивающим пальчикам, открылась, представив взору девушки своё прекрасное содержимое. Внутри находилась алая подушечка, в которой было вставлено золотое колечко со сверкающим бриллиантом, размеры которого действительно впечатляли.
— Ч-что это? — прошептала Лида, хотя сама прекрасно знала ответ на свой вопрос. — Красотища. Это настоящий брюлик? Неужели настоящий? Такой большой! Сколько же в нём каратов?
— Я в этом не разбираюсь. Но скорее всего бриллиант действительно настоящий. Вряд ли на свете есть дураки, которые хранят дешёвую бижутерию в сейфе, — перевернувшись на спину, рассуждал довольный собой Бекас. — Люди, отдыхавшие в этом люксе, были явно не самыми бедными. Не знаю, во сколько им обходилось проживание здесь, но то что денег у них куры не клюют — это факт. Эти «птички» летали повыше Гераниных.
— Почему ты говоришь о них в прошедшем времени? — нахмурилась Лида. — Может быть они всё ещё живы.
— Может быть. Но здесь-то их больше нет.
— Где ты это взял? — захлопнув коробочку, Лидия приподнялась на локтях, и строго посмотрела на друга.
— Здесь, в сейфе.
