Значит Евгений всё-таки имеет отношение ко всему этому. Он вовсе не обычный образ, неожиданно всплывший из её сознания. Этот человек непосредственно связан с сумерками, в которые она ныряет. Это точно не сон. Теперь она узнала, что Евгений был одним из пассажиров «Эвридики». Поэтому Ольга встретила здесь именно его, а не какого-то другого своего приятеля. Осталось выяснить его природу. Кто он? Дух? Призрак? Привидение, обитающее на корабле, неразрывно связанное с ним? Идиотизм какой-то… Этого не может быть. Сумерки, сумеречное расслоение, сумеречные перекрёстки. Сомнамбулы, куклы, «Иллюзиум». Наконец, Хо… Да! Точно! Хо! Неспроста Евгений так часто о нём упоминает. Он говорит о нём так, словно хочет всё о нём рассказать и, одновременно с этим, не желает делиться с ней на эту тему. Но именно этим он, словно специально, ещё сильнее распаляет её любопытство! Что она знает про Хо? Лишь то, что это некое инфернальное созданье с необычайно злобным нравом, которое питается нашими энергетическими оболочками, грубо говоря — душами. Хо боится света и выходит на охоту по ночам. Оно убило Настю, и сейчас скрывается где-то рядом…
И тут Ольга поймала себя на мысли, что начинает верить в это мистическое существо. Вслед за этим последовал вопрос, заданный самой себе: а не сходит ли она с ума? То, что случилось вчера вечером, а именно, появление цветка из пустоты, было ярким тому доказательством. Девушка осторожно извлекла заветную бутылку из тайника, и убедилась в том, что кроме воды в ней ничего нет.
— Галлюцинации, иллюзии… Рехнуться можно, — проворчала она.
Решив отхлебнуть из бутылки немного воды, Ольга поднесла её к губам, но так и не смогла донести. В нос ей уткнулись мягкие лепестки, обдав ноздри щекочущим ароматом. Орхидея! Она чуть не выронила бутылку из рук. Цветок появился сам собой, вновь нарушив границу реальности и выдумки. Его материальность была настолько натуральной, что не оставалось сомнений — он был здесь всегда, и любой здравомыслящий человек ни за что бы не поверил в то, что он возник из ниоткуда.
Что это? Настоящее чудо, или обычное сумасшествие? Вопросы оставались без ответа. Она не понимала того, что с ней творится, безуспешно пытаясь вникнуть в происходящее. Моральная усталость и смятение не давали ей возможности как следует собраться с мыслями, поэтому она бесцельно смотрела на цветок, и хлопала глазами, упорно отказываясь верить в очевидное.
Этим утром Владимир проснулся в необычайно подавленном настроении. Он не помнил, что ему снилось ночью, лишь знал, что эти сны были неприятными и страшными. Хорошо, что они стёрлись из памяти ещё до пробуждения. Но забытые сновидения были не главной причиной его уныния. Он что-то предчувствовал. Непонятно, что именно, но это странное предчувствие угнетало его больше всего. Настолько сильно, что он был близок к апатии.
Гены в каюте уже не было, его койка была аккуратно застелена. Видимо, он поднялся ещё рано утром, и сразу же отправился по своим делам. Вокруг висела давящая на мозги тишина. Новый день пришёл, а их до сих пор не спасли. Неужели отец не отреагировал на его звонок? Нет, не может такого быть. Он всегда приходил на помощь. Придёт и на этот раз. Нужно только ждать. Не так легко отыскать их в тумане, посреди моря, но он ищет. Непременно ищет.
Твёрдо заверив себя, Владимир немного успокоился, и решительно поднялся с кровати. Он совершенно не знал чем заняться и куда пойти. Вскоре он решил отправиться в ресторан, чтобы поправить здоровье (после вчерашнего, голова его была очень тяжёлой, а во рту царила сухость, перемешанная с каким-то мерзким привкусом). Приближаться к камбузу, в котором находился морозильник с трупом, Геранину крайне не хотелось. Его всего передёргивало лишь от одной мысли об этом. Но жажда была сильнее волнений, поэтому, встряхнувшись, он всё-таки отправился в ресторан.
