— Сними, — настаивал сумеречник. — К чему продолжать это глупое сопротивление?
— И не подумаю! Я не знаю, кто ты, и не хочу этого знать! Мне это не интересно! Оставь нас в покое, Хо! Уходи в свои сумерки, и больше никогда из них не возвращайся!
— Да как ты смеешь? — прошипело Хо, выпустив парня.
Евгений тут же закашлялся, держась за помятое горло.
— Ещё как смею! — окончательно разошлась Ольга. — Убирайся отсюда, мерзкая гадина, и играй в свои проклятые игры с кем-нибудь другим! Ты нам надоело! Мы тебя больше не боимся!
Теперь слепота сработала на пользу девушке. Ольга не видела Хо, и это её спасло. Вряд ли она смогла бы также смело выступать, созерцая его воочию. А кричать в темноту было довольно просто и легко. Какая разница, кто там слушал её?
И Хо дрогнуло. Его глаза сузились до ярко-зелёных щёлок, а на переносице появились жуткие складки. Длинные пальцы то распрямлялись, то сжимались в кулаки, но прикоснуться к девушке оно не смело.
— Уходи! — выкрикнула ему в лицо Ольга.
Издав горловое клокотание, сумеречник отшатнулся назад. Пришедший в себя Евгений быстро поднялся, получив невероятный прилив сил, вызванный видом пасующего перед Ольгой Хо. Выпрямившись, он отряхнулся, и начал медленно надвигаться на чудовище.
— Вон отсюда! — воскликнул он.
— Мы не боимся тебя. Тебе здесь не место! — вторила ему Ольга, двигаясь следом.
Хо сделало ещё один шаг назад, отодвигаясь к двери. Женя взмахнул рукой, и дверь позади монстра распахнулась настежь.
— Прочь! Прочь отсюда!
Сделав резкий выпад вперёд, Хо издало угрожающий рык, заставивший ребят отпрянуть назад. Они всё-таки боялись его. Но теперь уже было понятно, что этот страх не настолько силён, чтобы удерживать над ними контроль. Лезть на рожон сейчас было бесполезно. Сумеречный охотник прекрасно понимал это, и не стал продолжать своё наступление. Одарив Евгения взглядом полным испепеляющей ненависти, Хо медленно развернулось и побрело к выходу. Как только оно переступило через порог и вышло в коридор, Евгений молниеносно захлопнул за ним дверь и, повалившись, прислонился к ней, чувствуя себя совершенно опустошённым.
— Оно ушло? Ушло? — пролепетала Ольга, после пары минут затишья.
— Да. Мы прогнали его, — тяжело дыша ответил Евгений, всё ещё не в силах оторвать щёку от прохладной дверной обивки. — Можешь снять повязку.
Ольга с радостью сорвала с головы чёрную ткань и, взглянув на Евгения, тут же бросилась к нему.
— Что с тобой? Ты ранен?!
— Нет.
— Тогда почему ты лёг на дверь? Оно всё-таки что-то с тобой сделало.
— Ничего оно мне не сделало, — Евгений тихонько рассмеялся. — Удрало, поджав хвост. Ты бы видела это позорное бегство! Как же эффектно мы его оттолкнули! Проучили как следует. Теперь уже стало очевидно, это — победа. Победа, Оля!
Взвинченные, усталые, но счастливые, они обнялись, торжествуя свой великий триумф. Блистательную победу любви над страхом.
За окном мерно барабанил дождь. Тёплое спокойствие вновь воцарилось вокруг, и даже темнота больше не вызывала опасений. Ольга и Евгений лежали рядом, на мягком широком диване, и слушали тишину. Отблески света играли на лице девушки, придавая ей ещё больше загадочности. Женя не переставал удивляться, как ей удаётся так необычно преображаться, меняя свой облик, подобно маскам, и каждый раз представать перед ним в очередном, незнакомом обличии. Только глаза у неё всегда оставались неизменными.
Отодвинув ей волосы со лба, он нежно поцеловал её в висок. Ольга улыбнулась. Она вновь была в состоянии улыбаться, и это было замечательно.
— Люблю когда ты улыбаешься.
— Я всегда улыбаюсь, когда мне хорошо.
— Твоя улыбка прекрасна. Я хочу, чтобы отныне ничто не омрачало твою жизнь. Чтобы в ней навсегда воцарились покой и гармония.
— Мне тоже этого хочется. Но сейчас главное для меня — это выбраться с корабля-ловушки. Вернуться в привычный мир и обрести свободу.
— Туман рассеется, и мы вернёмся в наш прежний мир, туда где не будет Хо с его мерзопакостными кошмарами. Весь мир будет у наших ног. А если его окажется мало — то и целая Вселенная.
