— Вот как? А может быть ты хотел не предупредить, а наоборот — отдать его мне на съеденье? Кому как ни тебе знать о том, что рассказав обо мне ты подписываешь кукле смертный приговор? Ты знал об этом, Евгений, и всё-таки поступил по-своему. Нет-нет, только не подумай, что я тебя осуждаю. Напротив. Ты поступил вполне логично и продуманно. Чёткое устранение конкурента, не пачкая рук. Мастерская работа. Вот только бы Ольга не узнала о твоём участии в устранении её жениха. Ей это вряд ли понравится. Но ты не переживай. Я тебя не выдам, — Хо подмигнуло ему. — Более того, я готово пойти тебе навстречу. Сергей будет следующим на очереди. Скоро на твоём пути не останется ни единой преграды. А хочешь, я позволю тебе лично его убить? Тебе ведь хочется этого в глубине души, признайся. Только попроси, и я это устрою.
— Какая же ты всё-таки сволочь, — со злостью в голосе ответил Евгений. — Ты всё меряешь по своим сволочным меркам. И поэтому тебе не дано понять, что чувствую я. Да, узнав о тебе Сергей подвергся смертельной опасности, но… Он бы всё равно узнал о тебе рано или поздно. Не сегодня, так завтра. Не от меня, так от тебя самого. Я предупредил его заранее, ведь кто предупреждён — тот вооружён. Да, ты право, я испытываю досаду и ревность. Я невольно завидую ему. Но эти чувства не затмевают мой рассудок. Сергей не виноват в том, что тоже любит Ольгу. Он не отбивал её у меня, и не причинял мне зла. Мне не за что его ненавидеть. Напротив, я отношусь к нему как к побратиму. Ведь мы любим одного и того же человека. Убрать соперника — логичный ход. Он свойственен животным. Лишь те, кто подчиняются инстинктам, идут на такой шаг. Потому, что они — примитивные существа. А люди, наделённые разумом, способные общаться и вести грамотный диалог, стоят выше этого.
— Хочешь сказать, что в борьбе со мной ты готов объединиться со своим конкурентом?
— Конкуренция тут не причём. Сергей — нормальный парень, с которым мы запросто могли бы подружиться, если бы не твоя проклятая игра. Двум здравомыслящим мужчинам негоже драться из-за женщины, потому что если женщина умная — то она сама сделает достойный выбор, а если же она дура — то она не нужна ни тому, ни другому.
— Насколько я знаю, женщинам нравится, когда за них дерутся.
— Ты имеешь в виду кукол?
— Не только. В людях тоже заложено немало животных качеств. Не забывай, что ваша плоть, в отличие от разума, весьма примитивна. Инстинкты частенько бросают вызов здравому смыслу.
— Как бы там ни было, я не намерен отдавать тебе Сергея. Слишком много жертв я принёс тебе своим бездействием. Не могу себя простить за это. Поэтому, за оставшихся в живых я буду биться с тобой насмерть. Когда ты придёшь за Сергеем, знай, что я буду его защищать.
— Зачем тебе это надо? Зачем? Что ты хочешь доказать, и кому? Думаешь, что тебя провозгласят героем? Не обнадёживай себя. О тебе никто никогда не узнает. Ты сгинешь здесь, и никто о тебе даже не вспомнит. Не разменивай себя на мелочи. Не стремись объять необъятное. Определись со своей целью, и иди к ней чётко, не отвлекаясь ни на что. Зачем тебе спасать обречённых? Какая в этом выгода?
— Дело не в выгоде, а в зове души. Причину возникновения подобной солидарности может понять только человек.
— Нда-а, — Хо закрыло глаза. — Генератор случайных чисел более предсказуем, чем ты. Ну что ж. Это даже любопытно. Посмотрим, что из этого выйдет.
— До встречи, Хо, — спокойно ответил Евгений. — Мы будем тебя ждать.
Зашипев, сумеречник выпрямился во весь рост и, развернувшись, быстро зашагал к выходу, постепенно растворяясь в сумрачном воздухе.
Сколько времени? Какой сейчас день? Зачем она вернулась в свою каюту? Ответа на эти вопросы Ольга не знала. Часы остановились ещё утром на половине седьмого, календаря под рукой не было, за окном висело туманное непонятно что. Присутствовало тоскливое ощущение, что на корабле они прожили уже половину своей жизни.
