— Поднажмем, товарищи! Еще немного, еще чуть-чуть, — бодро вскрикивал румяный толстяк, намертво вцепившись в заледенелую дверь автобуса. За ним бочком пристраивалась дамочка в дубленке.
— Куда прешь! — взревел сизоносый рыбак, ему удалось зацепиться коловоротом за билетную кассу. — Автобус тебе не резиновый.
— Всем ехать надо, а по утрам всегда так, — авторитетно заявила тетка в пуховом платке, обняв гору мешков, которые она уложила на кондукторском месте.
— Уф, — шумно выдохнул толстяк, дверь за ним с натугой захлопнулась. Дамочка в дубленке тихо застонала.
— Деньги у меня из правого кармана вытащи на билет, — зарычал рыбак, носом показывая направление…
Дамочка робко зашуршала в его кармане. Толстяк радостно засмеялся.
— Проездной надо иметь, товарищи, сколько удобств-то. На рыбалку? — ему явно хотелось поговорить.
— Цирк, — объявил водитель очередную остановку.
Тетка в пуховом платке спиной выдавилась в открывшуюся дверь. Вслед за ней стали выкидывать мешки.
— Стой, стой! — надрывался рыбак. — Не все еще…
В образовавшуюся щель ужом втиснулся парнишка, залепленный снегом.
— Ну, елки, на электричку опаздываю, это 18-й?
— Да, малец, держись крепче, — толстяк нежно прижал его голову к себе где-то у пояса. Автобус тяжело тронулся.
— Чего булькаешь, пескарь, — взъярился рыбак, — это 38-й, на Шершневское катим…
— Вы ошибаетесь, — толстяк подтянулся на верхнем поручне. — Это 18-й.
На задней площадке возникла легкая паника.
— Куда все-таки едем? — пискнула дамочка, ей удалось одолеть еще одну ступеньку.
— Шестой маршрут, — загадочно улыбнулся высокий в пыжиковой шапке.
— Ты мне не шуткуй, — рыбак извернулся, отодрал одну рукавицу от коловорота и схватил высокого за воротник. — На водохранилище катим, понял?
— Понял, — высокий с достоинством высвободился, — шестой маршрут.
— Водителя спросите, водителя, — раздались обеспокоенные голоса.
— Автобус следует по 16-му маршруту, до ЧПИ, — прозвучал уверенный голос водителя.
Рыбак яростно рванул коловорот, сквозь треск билетной кассы прохрипел:
— По 38-му давай езжай, что я, зазря сел, что ли? Метель проклятая, вроде мой номер был…
— Как до ЧПИ? — толстяк негодовал. — Нам же на вокзал надо, товарищи!
— Опоздал, — парнишка тоскливо прижался к толстяку.
Возле библиотеки все стали вываливаться из автобуса, проклиная городской транспорт и погоду.
Высокий, сохраняя остатки достоинства, обернувшись, галантно подал дамочке руку. Но его джентльменство оказалось напрасным. Дамочка осталась.
— Спасибо, друг! — Рыбак всунул ему в руку ящик со снастями. — Вот влипли. Закурим?
Рыбак затянулся.
— Черт, на клев опоздал, а ведь еле влез…
— Да… — Высокий задумчиво смотрел вслед уходящему автобусу. — Спешим все… Суета. Вот и в жизни так: других не пускаешь, с трудом место добудешь, а оказывается — и не туда… — Он усмехнулся.
— Житуха, — рыбак солидно сплюнул. — Лезут, всем успеть надо.
— Успеем, — высокий нервно встряхнулся. — А ты давай, лови. Он побежал на другую сторону улицы.
В городе шел снег…
Институт кипел.
Подготовка к новогоднему вечеру была в разгаре.
Технолог Кирпичиков бегал в копировку и примерял костюм Деда Мороза. Особенно ему шла борода. Она делала его лицо умным и неприступным. На техсовете решили, что Дедом Морозом быть только ему. Кирпичиков ждал своего звездного часа.
Копировщицы шили костюм. Приход Кирпичикова был для них радостью.
Новогодние страсти бушевали на всех институтских этажах.
Русские богатыри были назначены из отдела штамповки. Это была невиданная честь. Штамповка гордилась. Назначенные богатыри строгали палки для голов. Голов надо было изготовить три — по числу богатырей. Технолог Гусев принес сыновью клюшку. Он не строгал, он был рационализатор.
Нина Андреевна отвечала за лотерею. В коридоре сотрудницы из расчетного убеждали ее отдать сковородку и бутылку шампанского до начала розыгрыша. Нина Андреевна вырывалась, она была заведующей складом и ничего не давала просто так.
Профорг Носов отвечал за банкет. Он уже собрал деньги и думал. Хотелось многого. Он думал уже третий день…
Отдел технической информации отвечал за работу новогодней почты.
Заведующая отделом Петрова раскрашивала маску вороны. «Что хочу, то и скажу», — думала она о Высотникове.
Директор сидел в своем кабинете и вспоминал то время, когда был рядовым инженером, и тот новогодний бал, на котором он взял приз за лучшее исполнение вальса.
За окном падал снег.
На подоконнике двенадцатого этажа балансировал старший инженер Высотников, цепляя гирлянду. Ему еще предстояло украшать зал.
Главный инженер утверждал сценарий. Он прочитал смету и вычеркнул трех богатырей. Костюмы были слишком дорогами.
Отдел механика работал над конструкцией посоха для Деда Мороза. Проблема была сложной, предлагался складной.
В комнату вошла Петрова и протянула Высотникову письмо.
Высотников сорвался с подоконника и повис на гирлянде.
Лошадиная голова мягко упала со стола.
Из коридора донесся жалобный звон сковородки.
Раздался треск складного посоха.
В письме было написано, что вечер отменяется в связи с эпидемией гриппа.
