- Здорово! - воскликнула она, - это счастье! Мальчиков однозначно отберут невестки, а дочка это… счастье, да? Да еще и две. У вас красивый и… очень приятный муж, Марина. Не озвучите причину развода?
- С какой стати? - вымораживалась я, - появился личный интерес?
- Конечно, я не осталась равнодушной, - хмыкнула она, - но счастье моего мальчика важнее самого лучшего мужчины, а вы можете дать ему свой кусочек... если захотите, конечно. Дружба дело добровольное, но Ромка одинок. И в школе, и в городской сборной изо всех сил тянулся к успеху. Его воспринимают выскочкой. А он молчит, пыхтит и все тянется…
- За столько лет у него должен был выработаться иммунитет, я знаю по себе. Мне плевать было на отца в конце, я ценила и любила маму. И ваш Роман… он спокоен, воспитан.
- Вымуштрован, - перебила она меня с горечью, - он вынужден был соответствовать… и очень старался, несмотря на все, что давала ему я. Я так хотела родить еще!
- И что мешало?
- Контракт. Этот ребенок был его единственной уступкой, обеспечение как бы предусматривалось само собой.
- Откуда у него деньги?! - рыкнула я и поперхнулась, кашлянув: - Простите… но я просто не понимаю.
- Не знаю на какие деньги он выкупил давно тому назад поля рядом с Москвой, сдавая их в аренду… Но сразу после развода очень выгодно их продал - там давно уже стоит жилой микрорайон. Вы о них не знали? Может куплено было на подставных лиц? Продал быстро, очевидно все уже было решено. И открыл магазинчик антиквариата. Сейчас это довольно известное место - и для случайных зевак, и для настоящих ценителей. Меня не допускали к этому, подробностей бизнеса мужа я не знаю и не знала. Сейчас магазин продан - муж успел сделать это до своей смерти. За это я ему тоже благодарна.
- Он что - умер? - замерла я.
- Да, четыре месяца назад, - ровно подтвердила она, - И завещание тоже оставил - успел все. Не извещать вас о смерти, дате и месте похорон тоже было его волей. Он сказал… вы и так уже плюнули в его могилу, этого достаточно.
- Ну-у… тогда, думаю, я уже знаю все, что положено? - привстала я.
- О нет! - засмеялась женщина, - вы упомянуты в завещании.
- Насколько я знаю… - вкрадчиво начала я, - оглашение закрытого завещания происходит не позднее пятнадцати дней после получения нотариусом свидетельства о смерти завещателя.
- Это было еще одним его условием - привести завещанное вам к тому виду, который он пожелал… в соответствие, получается.
- При желании я могу опротестовать действия нотариуса в суде, - прищурилась я, - и с чем же интересно… соответствие?
- Что касается нотариуса… очевидно нарушение было хорошо проплачено, но если у вас есть время и желание, то займитесь этим, - улыбалась она, - а соответствие - с вашими вкусами, Марина.
- Рассмешили, - фыркнула я, - да он имя мое забыл за это время! А вы - о вкусах.
- Вы любите белый цвет и легкую классику без дерева… не выносите тяжести в интерьере и излишка тканей, хотите простора.
- Да кто ж его не хочет? - пробормотала я, не понимая…
- Через… час, - взглянула она на элегантные часики на руке, - нас ждет нотариус. Он ознакомит вас с завещанием. Не хотите знать, где похоронен ваш отец?
- Возникнет такой вопрос - обязательно озвучу, - напряглась я. Упреки - не то, с чем я собиралась мириться.
- Вам нужно прийти в себя… я понимаю, - расстроенно качнула она головой, - я и не представляла себе, что вы в положении. Такие новости для психики будущей мамы…
- У меня она закалена - не переживайте. Гормональное только - слезливость, но это не самое страшное.
- А токсикоз? - подалась она ко мне, - я буквально умирала, знаете… Даже госпитализация понадобилась.
- Он был недоволен этим, ни разу не навестил? - смотрела я ей в глаза и понимала, что угадала: - Ожидаемо… и что за тварь?
- Не нужно так, - выдохнула она, - я правда любила его. Не так он был плох. Знаете, как бывает с тяжелыми, безнадежными больными? Иногда они сводят с ума, превращают жизнь родных в ад. Он оставался стабильно ровен.
- И безразличен, - заключила я.
- Где-то так, - согласилась она, - у него была онкология. Ремиссия довольно длительная - хватило на десять лет, но потом резкое ухудшение. Последние месяцы был прикован к постели, но болей не было. Я узнала через знакомых - совершенно случайно… обратилась в китайское посольство, к их медику. Они знают препараты - не наркотики, но практически снимающие всякую боль. Стас ушел тихо, во сне, - напряглась она, пережидая, по-видимому, эмоциональный всплеск.
Мы помолчали. Пусто… внутри у меня было оглушающе пусто. Больше некого ненавидеть, некого винить в своих и маминых бедах. И от этого пусто… и плохо.
- Мариш, - Слав сел на кресло рядом со мной и успокаивающе сжал мою ладонь: - Я заказал тебе, как всегда. Ромка - себе и маме.
Мальчик уже тоже уселся напротив и осторожно смотрел на меня.
- Ром… - протянула я ему руку, - рада иметь брата, а мои девочки будут рады дяде. Думаю, что с тобой даже не страшно было бы оставить их на время - производишь самое хорошее, серьезное впечатление, хотя я мало тебя знаю. Приятно будет узнать ближе… и хотелось бы.
