— Хорошо. Как скажешь, — отозвался мужчина, сразу обняв покрепче, но уже примерно минутой позже, не выдержав молчания, воодушевленно добавил: — Есть одна идея. И она тебе совершенно точно понравится. Но для этого кому-то придется отправиться в гардеробную и выбрать самое сногсшибательное платье. Справишься?
— Что ты задумал? — спросила с подозрением.
— Узнаешь. Но сначала — наряд.
— Для чего? — решила уточнить на всякий случай.
— Для этого вечера.
— Ла-а-адно, — согласилась, слезая со своего насеста.
— Умница. А я пока твоему приживальцу поесть что-нибудь соображу.
— Спасибо, — поблагодарила почти одновременно с явно поддерживающим идею громким, протяжным «мяу».
Убедившись, что дальше эти двое и без меня прекрасно справятся, поспешила в указанном направлении.
Выбор оказался непростым. Точнее, его вообще практически не было, так как все мои летние сарафаны подходили к чему угодно, но не к походу в клуб. Вот только надеть что-то надо было. Посему я выбрала белое платье до колен с довольно широкой двухслойной юбкой, зауженной талией и глухим вырезом. Из всех вариантов оно больше всего напоминало коктейльное. А потому должно было идеально подойти к сегодняшнему вечеру. Снова залезла в подаренные Кирой туфли и отправилась обратно на кухню к Жене.
— Отлично выглядишь. Тебе идет, — похвалил мой выбор Старцев.
В тот самый момент, когда я показалась в дверях, он как раз сидел перед котом на корточках и перекладывал со сковородки в его миску что-то мясное.
— Купил тебе говяжий фарш. Так как он еще не успел как следует заморозиться, разогрел его вместе с морковкой и кусочками хлеба. Твоему зверю должно понравиться.
Судя по тому, с какой жадностью уплеталось лакомство, кто-то с большой вероятностью вскоре мог потребовать добавки. И чтобы этого не произошло, мы, недолго раздумывая, налили Маззи молока в качестве отвлекающего маневра и сразу поспешили на выход.
— Куда теперь? — поинтересовалась нетерпеливо, снова очутившись с мужчиной в машине.
Удивлялась, как стремительно у меня менялось настроение рядом с этим человеком. Еще полчаса назад ревела у него на груди в три ручья, а теперь улыбалась и, нетерпеливо прикусив губу, размышляла, как раскрутить спутника на рассказ о том, что он задумал.
— Опять ты за свое? Заканчивай соблазнять меня. И так с трудом держусь.
Интересно, о чем это он? Ой! Точно! Губа. Привычка, которая появилась в университете, стоило мне о чем-то всерьез задуматься.
— Лучше включи радио и найди что-нибудь веселое, — ответил на мой смущенно опущенный взгляд мужчина.
— Мы снова в «Шалаш»? — поинтересовалась удивленно примерно пятнадцатью минутами позже, когда мы, выехав из города, свернули сначала в направлении южного побережья, а затем и в Байдарскую долину.
Странно. Особенно если учитывать, что дома остался заполненный под завязку холодильник.
— Ты проголодалась? — поинтересовался водитель.
— Нет.
— Хорошо. Потому что на этот раз у меня несколько иные планы в отношении этого места.
Какие — я узнала, когда мы очутились на огромной, совершенно пустой площадке, сильно напоминавшей заброшенную парковку.
— Вылезай, — скомандовал Женя, прежде чем сделать то же самое.
Но далеко отходить от своего места не стал. Придерживая дверь, он дождался, пока я сяду за руль, и только тогда отправился на соседнее пассажирское.
— Что теперь? — поинтересовалась, теперь уже совершенно точно ничегошеньки не понимая.
— Умеешь водить?
— Нет.
— Тогда самое время попробовать. Заводи!
— Что? Прямо сейчас?
— Ну да.
— Не уверена.
— Я уверен. Поэтому одну ногу — на сцепление здесь, а вторую — на тормоз тут. Теперь поворачивай ключ зажигания. Вот так. Убирай ручной тормоз, включай первую передачу и медленно отпускай сначала сцепление, а потом тормоз. Все, ты едешь.
— Мне страшно, — призналась, сразу подавшись еще немного вперед и мертвой хваткой вцепившись в руль, стоило машине тронуться.
— Майя, расслабься.
— Ха-ха, тебе легко говорить. А я еду. Боже, я еду! Женя, что делать?
— Успокоиться. Пока просто покатаемся по кругу. Ты сейчас быстро привыкнешь, и тебе станет скучно.
— Скучно? Ты издеваешься?
— Так, хорошо, давай представим, что машина — это мужчина. И сейчас он полностью в твоей власти. А еще любит, когда с ним обращаются ласково. И уж точно не боятся его.
— Же-е-еня! — простонала. — А можно как-нибудь без этого?
Вот только сексуального подтекста во всем, что я сейчас делала, мне не хватало.
— Нельзя. И прекрати уже, наконец, так руль сжимать. Вождение — это удовольствие. Почти как секс. Будешь напряжена — и не сможешь ощутить его в полной мере.
— Тебе легко говорить. Сколько ты уже водишь?
— С восемнадцати, — ответил Евгений, потянувшись к рулю одной рукой, чтобы придержать его и одновременно скорректировать, куда мне дальше ехать.
Второй Старцев коснулся моего плеча и заставил-таки откинуться на спинку сиденья.
