Ух, как же я была зла! Но напугана все же чуточку больше. Единственное, на что уповала, — мне удалось замаскировать второе под первым, поскольку кем я сегодня точно не планировала становиться, так это жертвой.
Но, увы и ах, получалось из рук вон плохо.
— А теперь объясни: что происходит и почему ты так себя ведешь? — потребовал Женя.
— А ты? — ответила вопросом на вопрос.
— Я пытаюсь позаботиться о тебе.
— Нет. В данном конкретном случае ты просто дал денег, — не согласилась.
— Это плохо?
Тут уже не нашлась что сказать. Посему благоразумно промолчала.
— Я поступил так, потому что они у меня есть, — пояснил собеседник.
— Вот именно! Только мне не нужны подачки.
— Это я уже слышал.
— В таком случае разговор окончен. Забирай конверт и оставь меня в покое.
— Майя, — позвал мужчина, когда я, представив, что сейчас он сразу послушается, развернется и просто молча уйдет, чуть было не разревелась.
Чтобы сдержать слезы, сжала губы, прикрыла глаза и затихла. Все потому, что из-за разрыва с мужем чувствовала себя, как никогда, одиноко. Да, я старалась держаться: надела подарок Киры, улыбалась, занималась английским. Но как ни пыталась отвлечься от истинного внутреннего состояния, не могла до конца этого сделать. Мне было плохо. В какой-то момент в моей жизни все слишком быстро и кардинально изменилось. Настолько, что я даже не успела понять, как так вышло и что мне теперь со всем этим делать.
— Кошечка, — снова попытался привлечь к себе мое внимание Евгений.
А когда я опять не отреагировала, громко выдохнул, опустил голову и неожиданно боднул меня ею в грудь.
— Вот упрямица, — и не думая скрывать смешинки в голосе, заключил Женя.
Ну отлично! Теперь он еще и потешался надо мной.
— Майя, прекращай, — потребовал мужчина, когда я так и не сдержала слез.
Он же их сразу заметил и принялся неспешно стирать с моего лица.
— Просто уйди, — попросила вопреки тому, чего хотела на самом деле.
— Не могу.
— Почему? — спросила, подняв красные от соленой влаги глаза на собеседника.
Может, увидит сейчас, какая перед ним «красавица», испугается и сбежит. Хотя во время болезни я наверняка выглядела в разы хуже. А потому теперь уповать на отталкивающий вид было бесполезно.
— Потому что тебе нужна помощь, — пояснил собеседник.
Если ты здесь только поэтому… — начала.
Но меня, недослушав, сразу перебили.
— Не только!
— Тогда?..
— Просто дай мне еще немного времени, хорошо? Я все объясню, обещаю. Только не сегодня.
— Хорошо. Но деньги забери, — продолжила стоять на своем.
— Тогда позволишь о тебе позаботиться?
— Зависит от того, в чем эта забота будет заключаться, — ушла от прямого ответа.
Да, в зубы дареному коню не смотрят. К тому же вариантов у меня не так и много. Но быть этому мужчине потом по гроб жизни обязанной за его помощь хотелось меньше всего.
— Узнаешь завтра. А сейчас иди сюда.
С этими словами меня сняли со стола и, крепко прижав к себе, наградили очередным поцелуем. Только уже другим. Ласковым, нежным и совсем ненавязчивым. Я как могла старалась на него не реагировать. Но и тут выдала себя со всеми потрохами.
— А это за что? — спросила, когда все закончилось.
— Извинения за прошлый. Я был груб и прошу прощения за это.
— Принято, — ответила, усиленно пряча взгляд и продолжая снова потихоньку увеличивать между нами расстояние.
— Отвезти тебя домой? — не спеша уходить, поинтересовался Старцев.
— Спасибо, но не в этот раз. У меня тут еще кое-какие дела остались. Сам знаешь, долгое отсутствие и все такое.
На самом деле, может, и не отказалась бы от предложения. Но уж больно интересно было узнать, чем Женя умудрился подкупить сестру, что та сразу согласилась предоставить ему свой кабинет для тет-а-тета со мной.
— Как скажешь, — отозвался москвич, прежде чем, галантно поцеловав мне на прощание еще и ладонь, развернуться и направиться к двери.
Наблюдая за его уходом, не могла не отметить, как раздраженно Женя подхватил со стола оставленный там мной конверт. Не в пример своим резким действиям с собственными деньгами, сдержанно пожелав всем присутствующим хорошего вечера, при этом не взглянув ни на одну из них, Старцев неспешно зашагал к выходу.
Я же так и осталась стоять посреди кабинета. Правда, до тех пор, пока все взгляды, проводив мужчину, почти одновременно не устремились ко мне. Очередной приступ раздражения позволил мгновенно взять себя в руки. Закрыв дверь кабинета, остановилась у Людиного стола, вернула женщине ключи и, не думая скрывать недовольства, обратилась к Кире:
— Могу узнать, чем он вас так быстро подкупил?
Удивительно, но мой негатив нисколько не испортил начальнице настроение. Скорее, наоборот. Улыбнувшись одними губами, в ответ она лишь молча протянула мне зажатую между указательным и большим пальцами блестящую карту.
