— Хорошо, держи свои тайны при себе, — она убрала руку с моего колена и сказала: — Я буду отвечать лёжа, — а затем откинулась на спинку дивана, повернув голову так близко ко мне, что я могла бы легко протянуть руку и коснуться её волос.
У меня возникло желание лечь рядом с ней, потому что это выглядело так удобно, но, конечно, я этого не сделала. Я осталась в вертикальном положении, нажала кнопку записи и снова положила между нами телефон.
— Так что же произошло после смерти твоих родителей?
После смерти родителей Джейн уехала из Ардена.
— Я переехала в Бэй-Шор на Лонг-Айленде, чтобы жить с сестрой Клэр, которая была на 10 лет старше меня и любила азартные игры. У Клэр был парень по имени Нил, и Нил тоже был заядлым игроком. Они курили много травки и держали игуану по имени Игги. Тупая кличка, правда?
Однажды Клэр повела Джейн в торговый центр за новыми кроссовками:
— Поскольку старые кроссовки мне сильно жали, я прорезала спереди дырочки, чтобы пальцы выходили наружу. А из школы потом позвонили по этому поводу домой.
Пока Джейн ждала Клэр с корн-догом в фуд-корте, она начала выделывать танцевальные движения, просто чтобы развлечься.
— Я всегда пела и танцевала, — сказала она. — С самого начала была готова к съёмкам.
Так или иначе, там, в фуд-корте, Джейн сделала какой-то пируэт, и к ней подошла женщина с чёрными волосами и красной помадой на губах и сказала: "Тебе следует стать актрисой". Когда Клэр пришла со своим корн-догом, она заговорила с женщиной, и та оказалась менеджером по поиску талантов по имени Роза Мария Браун.
— Это была ещё одна крупная удача, — сказала Джейн. — Роза Мария Браун.
Вскоре после случайной встречи в фуд-корте Джейн подписала контракт с продюсерской компанией Розы Марии Браун и стала ходить на пробы.
— В основном в рекламе. Я не была самой красивой девушкой, но характер компенсировал то, чего мне не хватало во внешности.
Джейн любила пробы, потому что на них она являлась в лучший мир — мир, который, как она была уверена, ждёт её. С другими девушками в приёмных всегда были их мамы, и иногда Джейн ненавидела их до глубины души исключительно по этой причине. У них всех были красивые туфли, все были с красивыми волосами, и лица у большинства из них были смазливее, чем у Джейн.
Вначале Клэр сама возила Джейн на пробы, которые проходили в основном в городе, но потом ей стало скучно, и вместо этого она сажала её на поезд. Джейн привыкла лгать и притворяться, что у неё забронировано больше проб, чем было на самом деле, а в свободное время, которое она выкраивала для себя, она прогуливалась взад и вперёд по улицам Манхэттена, вдыхая отвратительные запахи, проталкиваясь сквозь толпы людей и наслаждаясь предвкушением свободы.
"Когда-нибудь я буду здесь жить, — думала она про себя. — И я стану богатой".
Вернувшись в школу в Бэй-Шор, Джейн рассказала кое-кому из ребят о своих планах. Большинству всё это было до лампочки. Другие говорили: "Круто". А один парень по имени Джоуи назвал её идиоткой.
— И он заржал мне в лицо, — сказала Джейн. — До сих пор его помню. В коридоре пахло пиццей "пепперони". Джоуи был рыжеволосым бедняжкой, про которых обычно говорят: красив здоровьем, но слаб лицом. Теперь я понимаю, что он, должно быть, ненавидел себя и вымещал свою ненависть на мне, но в то время я услышала лишь слово "идиотка". Поэтому я двинула ему прямо в челюсть.
Джейн надолго замолчала, и в конце концов я продолжила за неё:
— А ты не промах.
— Первый и последний раз в своей жизни я кому-то начистила табло, — сказала она. — Меня выгнали из школы и отправили в другую, которая была дальше от дома. Клэр кипятком писала. Она обычно отвозила меня туда и жаловалась: "Наши дерьмовые родители не оставили нам денег, чтобы заплатить за весь этот бензин!’ Технически родители ничего нам не оставили, потому что им и в голову не пришло составить завещание. К тому же, у них и правда ничего не было, кроме их жалкого домика. Клэр быстро его продала, а затем ещё быстрее спустила всё вырученное. После этого она пыталась работать, но нигде не задерживалась, и нас вечно выручал Нил. Нил, благослови его Господь! Он действительно любил Клэр, — Джейн вздохнула. — А любовь творит с людьми невероятно глупые вещи, как мы видели ранее с Джулианом.
Она схватила телефон с кофейного столика.
— Вот помяни чёрта! Он присылает мне в сообщении целый роман, даже когда не пьян! — она зевнула. — Знаешь что, милая? Я засыпаю.
— Давай на сегодня прервёмся, — предложила я. — Ты отлично поработала.
— Неужели? — она села.
— Правда.
— Могу я тебе кое-что сказать, Зара?
— Конечно.
Она поджала губы:
— Изначально меня только волновало, нравлюсь ли я тебе, но теперь ты мне правда начинаешь нравиться.
— А раньше я тебе не нравилась? – рассмеялась я.
— Дело не в том, что ты мне не нравилась, — сказала она. — Просто когда ты приехала сюда, ты была несколько холодна.
— Я соблюдала профессиональную дистанцию.
— А теперь я чувствую, что ты хочешь быть ближе ко мне.
Тревожный холодок пробежал по позвоночнику, но я сохраняла невозмутимое выражение лица.