Мы обе подумали, что единственное, что достойно публикации в Instagram, — это золотой браслет, украшенный амулетом в формы буквы "J". Джейн сочла, что его "невозможно ненавидеть", и я согласилась. Она надела его и попросила меня сфотографировать её в нём — и под "фотографией" она имела в виду 20 снимков.
— Именно столько нужно, чтобы сделать один хороший снимок, — сказала она. — Соотношение всегда 20 к 1.
Она поставила локоть на стойку и прижала руку к лицу, так что буква "J" болталась на виду. Каждую секунду она смотрела на меня под новым углом. Её подбородок опускался и поднимался, раскрытая ладонь сжималась в кулак, пальцы сплетались вместе.
Когда я сделала около 20 снимков, мы выбрали лучший — который, без сомнения, был лучшим, — и Джейн отправила его своей пиарщице Кэндис.
— Кэндис, — взмолилась она, — пожалуйста, заставь эту компанию заплатить мне кучу долларов, — затем, обращаясь ко мне, сказала: — Конечно, мне деньги особо не нужны, однако это символ моей ценности.
— Верно, — сказала я.
Она расстегнула браслет:
— Дай мне своё запястье, Зара. Хочу, чтобы он был у тебя.
Протягивая ей своё запястье, я напомнила:
— Но моё имя не начинается на "J".
— Знаю, — Джейн накинула на меня тонкую металлическую цепочку.
Я не стала спорить. Хотя для меня не имело смысла носить амулет с этой буквой, браслет мне очень понравился.
— Большое тебе спасибо, — сказала я.
Когда я подняла руку к свету, чтобы полюбоваться своим новым подарком, то почувствовала, как Бижу сверлит дыру в моей голове своим взглядом, поэтому я решила не смотреть на неё.
Мы пообедали за столиком снаружи, а Бижу осталась внутри готовить севиче на потом. Джейн, как обычно, объяснила мне, что мы будем есть сначала, что — потом.
— Зелёный салат с нутом, морковью, авокадо, маринованной свёклой и настоящим украшением: сверху картофельные чипсы, — она вздохнула, бросив салфетку на колени. — Идея с картофельными чипсами вместо гренок — одна из моих лучших. Очень популярно, потому что все любят чипсы.
Большую часть ужина она проверяла телефон, на что я не возражала. Она написала своему адвокату ещё раз проверить её контракт и технику по бассейнам о возможности обновления плитки, а также ответила Джулиану.
Пока мы ели, я продолжала следить через раздвижные стеклянные двери за Бижу: та добавляла лайм в севиче, укладывала в сумку последние подарки, разрезала пустые коробки – и делала я это потому, что Бижу, когда не знала, что за ней наблюдают, выглядела не слишком счастливой, а скорее измученной, с обвисшим лицом там, где обычно не висело.
Во время нашего второго интервью Джейн вообще не заморачивалась сидеть. Она откинулась на спинку дивана, похожего на облако, укрыла ноги белым кашемировым пледом, закрыла глаза и сказала:
— Я готова к следующему сеансу психоанализа, доктор Зара.
Как и в прошлый раз, я села прямо за ней, глядя поверх кончика её носа, пока она говорила.
— На чём мы остановились? — спросила она.
— Ты в первый и единственный раз кого-то поколотила в своей жизни.
— О да, — сказала она. — Джоуи.
— А потом тебя отправили в новую школу, а Клэр писала кипятком от расходов на бензин.
— Клэр… — усмехнулась она. — Новая школа была ужасной. Во всём здании пахло растворителем для краски, а всех девочек звали Эмбер. В конце концов я бросила учёбу, едва устроилась на первую работу.
Первой работой Джейн была реклама стирального порошка.
— Это было мне близко. Как можешь заметить, я всегда любила чистоту.
В рекламном ролике показывали семью, в которой Джейн сыграла дочь. У неё было всего две реплики. Первая: "Мама, ты не видела мою футбольную майку?" Для этого ей пришлось вести себя обеспокоенно, как будто её юная жизнь зависела от того, чтобы найти эту майку. Вторая реплика была восторженным "Спасибо, мам!" после того, как её якобы мать передаёт ей эту майку из сушилки. Когда Джейн позже увидела рекламу по телевизору, она чуть не умерла от восторга:
— Я думала, что стала кинозвездой.
Но, к сожалению, Джейн ей не стала. И ей также не удалось получить деньги, заработанные на рекламе, потому что они достались Клэр, её законному опекуну.
— Она дала мне 50 баксов, и в следующий раз, когда я поехала на Манхэттен, я куплю юбку из искусственной кожи. Так что, да, случайная встреча с Розой Марией Браун в торговом центре была удачей, но ей помешали знаки доллара в глазах Клэр.
Джейн бросила школу, проучившись неполных 2 года. Когда она объявила Клэр, что закончила образование, Клэр было плевать — ей просто хотелось, чтобы Джейн побольше снималась в рекламе и она могла бросать её деньги на ветер. Но у Джейн были козыри. Она была талантом. Поэтому она сказала Клэр, что хочет 50% заработков, иначе больше не будет ходить на пробы. Клэр после недолгих уговоров согласилась. А какой ещё у неё был выбор?