Жанр этой книги можно определить как зарисовки или короткие рассказы из жизни автора, его друзей и знакомых. Время действия – начало 60-х – конец 80-х годов прошлого столетия, т. е. главным образом из советского периода жизни (что отразилось и в названии книги), и совсем немного – из настоящего. География событий – не только город Минск, где постоянно проживает автор, но и другие регионы СССР, в которых ему доводилось бывать. Отдельные преувеличения и вольные трактовки могут присутствовать, но все описанные события действительно имели место. Книга читается легко и практически с любого места. Мягкая ненавязчивая ирония оптимистична, хотя иногда и печальна. Но ведь в жизни чаще всего именно так и случается: грустное и смешное – рядом!
Поздновато, конечно, начинать в 60 лет. Да и вышло это откровенно случайным образом. Родилось из бытовой переписки с родственниками и друзьями, коих жизнь раскидала по всему свету.
По сути, я ничего такого и не пишу. Жизнь написала всё за меня и продолжает это делать. А память лишь выдерживает, подобно хорошему коньяку. Знай себе, дорисовывает «звёздочки» лет, сохраняя не столько события, сколько их «послевкусие».
Почему вдруг «раскраска»? Исключительно по способу написания. Произвольно всплывают разрозненные картинки из глубины памяти. Они уже сами по себе наполнены цветом и ароматом. Иногда даже вкусом. Единственное, что делаю – раскрашиваю эмоциями в меру сил и способностей. Увлекательнейшее занятие, я вам доложу! Право не знаю, можно ли это назвать графоманией, но я помаленьку втянулся.
Есть причина и сугубо эгоистическая. Довольно скоро я понял, что печальные события память воспроизводит смутно и расплывчато. И только нечто забавное, греющее душу, принимает конкретные очертания и начинает «играть красками». Вот так, вольно или невольно, придумал затейливый способ поднимать себе настроение. «Человечество должно весело расставаться со своим прошлым». Если эту мысль действительно первым высказал Карл Маркс, то прошу считать меня марксистом.
Теперь о вынесенном в заглавие вопросе. Хочу ли я сам в СССР? Отвечу: нет, однозначно не хочу. И отнюдь не потому, что там, в СССР, мол, было плохо. Я родился в той стране и прожил в ней большую часть своей жизни. Никаких персональных обид или претензий личного свойства к советской власти припомнить не могу. Не привлекался, в КПСС не состоял, правительственными наградами удостоен не был. Родственников за границей не имел. Октябренком, пионером и комсомольцем, само собой, был. Причём вполне примерным. Чего же мне-то грешить на судьбу? В целом, благоволила. И, всё равно – не хочу обратно. Наверное, это свойство моего характера – не испытывать ностальгии по прошлому. По людям – да, а вот по времени или месту – нет.
Признаемся себе, что наша «советскость» (терпеть не могу уничижительное «совок») особо никуда и не девалась. Мы её давно «взяли на себя и с честью несём» (М.М.Жванецкий). И, похоже, долго ещё нести будем. Потому не удивительно, что все мои картинки – оттуда, из советского времени. Даже если про настоящее, всё равно – оттуда. Состояние души не вытравить из мыслей и поступков, всего лишь назвав страну по-другому. Что-то подсказывает, что и Моисеевых сорока лет маловато будет.
И ещё. Не нужно в моих зарисовках искать политику: её там нет. Хотя… Если верить Ленину, литература (в смысле, печатное слово) не бывает беспартийной. Тогда выходит, что вроде как есть. Да и Бог с ней, с политикой. Не интересно мне об этом.
Буду рад, если получится хоть немного вас развлечь или хотя бы отвлечь. Право слово, нельзя же постоянно относиться к себе с такой серьёзностью, как мы привыкли это делать! «Человек должен уметь иногда посмеяться над собой. Иначе он сойдёт с ума». Так написал Рафаэль Сабатини в моей с детства любимой «Одиссее капитана Блада».
Когда возникла идея собрать написанные в разное время обрывки, клочки, зарисовки и объединить их в некую систему, я поставил перед собой ряд граничных условий. Скажем так: для самодисциплины.
• Вовремя останавливаться. Не пытаться объять необъятное.
• Ничего не придумывать намеренно. Хватит и того, что память самовольно посчитала за объективное (всё равно не умею с ней спорить).
• Не пытаться увязать логически (хронологически, тематически) то, что не хочет увязываться.
• Не назидать, не поучать и не обобщать. Пресекать на корню любые попытки делиться жизненным опытом. Его ценность даже для меня не очевидна.
• Не персонифицировать. Кроме случаев, когда считаю это необходимым. Скажем, из уважения к конкретному человеку. Особенно если его уже нет в живых.
• Не говорить ни о ком плохо. По возможности, конечно.
• Не писать о политике. И – опять же по возможности, – даже не поминать её всуе.
• Не злоупотреблять цитатами. Поскольку знаю за собой такую слабость.
• Не пересказывать «бородатые» анекдоты или чужие остроты. Кроме случаев, когда автор лично симпатичен или достоверно известен.
• Проверять факты, которые возможно проверить. Если уж привираешь, то глупо и обидно попадаться на мелочах.
К сожалению, вынужден констатировать, что все эти благие намерения по большей части таковыми и остались. Но, честное благородное слово, я очень старался.
Вот прямо сейчас же и нарушу данное себе обещание. Потому что лично мне эта мысль Фридриха Наумовича Горенштейна объяснила очень многое. Например, почему пишется не то, что хочется, а лишь то, что получается. Ну, и вообще, зачем я всё затеял.
