Я вновь отвернулась. На смену дрожи, что колотила меня ознобом, пришла усталость. Показалось, что все внутренности превратились в желе, и я держусь на морально-волевых, не позволяя себе сделать то, чего так хотелось - завалиться с Сашкой рядом и, оставшись вдвоем, просто лежать и ничего не делать.
- Завтра я еду в суд. В идеале нужно, чтобы ты со мной поехал тоже. Подадим заявление на развод и обозначим местопроживание Саши. Ну и все. Надеюсь, после этого наши отношения станут хоть немного… культурнее.
Теперь настала очередь Никиты смеяться. Тоже зло и горько. Он просто хохотал, а я стояла и молилась, чтобы Константинов наконец ушел.
- Я поговорю с адвокатом. И знай - срочно бежать разводиться я не желаю.
В голосе бывшего мужа слышались злость и растерянность. Я могла бы почувствовать удовлетворение. Потому что все в итоге так или иначе закончится нашим разводом, как бы Никита ему ни препятствовал. Но я ощущала лишь чудовищную усталость.
- Это твое право, - пожала я плечами и, направившись к выходу из кухни, добавила: - Я думаю, мы друг друга поняли.
Константинов ушел минут через десять. Попрощался с Сашкой - я слышала, как они о чем-то переговаривались в детской. Я все это время сидела на краю постели, уперевшись взглядом в одну точку перед собой и отсчитывала секунды до момента, когда Ник, наконец, покинет нашу с дочкой квартиру.
А на следующий день поступила так, как следовало уже довольно давно. Оставила Кнопку на свекровь и отправилась подавать заявление на развод.
Это был конец нашей короткой семейной жизни.
Глава 19
- Есения Вадимовна, сегодня судья не принимает, вот приемные дни, - протянула мне секретарь картонный прямоугольник. - И кстати, утром у нас был ваш муж. Я еще фамилию вашу запомнила. Константиновы. Звучная.
Я ошарашенно уставилась на секретаря и даже застыла, так и не донеся график работы судьи до сумочки.
- Мой муж… здесь был? - выдавила я из себя, не понимая, чего именно добивался Никита.
Он ведь ясно дал понять, что сделает все, чтобы наш развод затянулся во времени. Так зачем же без предупреждения побежал в судебный участок? Или это было частью его плана?
- Именно. Он как раз успел, пока Валентина Петровна не ушла.
- И о чем они с ней говорили?
Мой голос прозвучал хрипло, и я сама понимала, насколько абсурдным был заданный вопрос.
Секретарша вполне могла сказать мне, что это не моего ума дело, и была бы права. Однако она, разулыбавшись, ответила:
- А он не хочет с вами расходиться. Так бывает. То мужчины против, то женщины. То одна сторона, то вторая. В общем, даем таким парам как можно больше времени на примирение.
- Но я не хочу мириться! - воскликнула я, и тут же поняла, что сделала это зря.
Кажется, даже чертов секретарь суда была на стороне Никиты. По крайней мере, мне так казалось, когда я на нее смотрела и видела… осуждение.
Опустив взгляд, я сделала несколько размеренных вздохов. Все судьи мира впридачу с их секретарями могут встать на сторону Константинова, этого чертовски обаятельного гада. Это не помешает мне воззвать к закону и получить желаемое.
- Я не хочу мириться, - притворно жалобно сказала я. - После того, что он натворил… - повесила театральную паузу.
Вздохнув, я развернулась и, пройдя несколько шагов в сторону выхода из приемной, прибавила:
- И спасибо, я обязательно приеду в приемные часы.
После чего ушла и могла поклясться - секретарь смотрела мне в спину уже совсем другим взглядом.
Когда вернулась домой, по моему лицу, видимо, все было ясно сразу. По крайней мере, свекровь лишь понимающе кивнула и спросила:
- Чаю?
- Лучше чего покрепче, - мрачно отозвалась я и, мельком заглянув к дочери, направилась на кухню.
Татьяна Ивановна уже налила мне горячего напитка и добавила туда пару ложек бальзама. Поставила чашку передо мной и уточнила:
- Быстро развестись не получится?
Я помотала головой.
- Ваш сын уже успел побывать у судьи и…
Продолжать я не стала, свекровь все поняла и так.
- Ну, то, что Никита будет делать все, чтобы с тобой не развестись, было ясно и так.
Она устроилась напротив. Выливать на Татьяну Ивановну раздражение и заверять, что так или иначе Константинов скоро перейдет в статус бывшего мужа, я не стала. Да и разговор неожиданно перетек в совсем другое русло.
- Есюш, я с тобой вот что обсудить хочу, - начала свекровь, и я инстинктивно напряглась.
Обычно Татьяна Ивановна все говорила, что называется, в лоб. Так что ее тон заставил меня встревожиться.
- В общем, у нас была Катя. Точнее, не у нас, у Никиты… Мы с ней немного поговорили, пока его ждали. Мне захотелось тут же заткнуть уши и едва ли не закричать, что меня это не касается, что Татьяна Ивановна, похоже, почувствовала и заговорила быстро и сбивчиво:
- Понимаю, что это неприятная тема, но если Ник успел состряпать еще одного ребенка, эта ситуация так или иначе коснется и тебя с Сашкой. Я не хочу, чтобы сын вел себя так… Пусть уже научится брать ответственность за свои поступки!
Я горько усмехнулась. Посмотрела в чашку, к которой так и не притронулась.
