Я растерла лицо ладонями.
- Да. Но не думаю, что он сделал бы мне что-то плохое. Видимо, его сильно задело, что мы с ним так и не…
Я осеклась, когда поняла, что сглупила. В глазах Константинова мелькнуло удивление, которое сменилось удовлетворением от услышанного. И я быстро, чтобы не обсуждать темы, которые никак не касались бывшего мужа, перевела разговор:
- Так что там с Катей? Зачем она приходила?
Глава 24
Выражение лица Никиты мгновенно изменилось. Сначала он сделал вид, что ничего не случилось, но не сдержался и поморщился. Видимо, мое предложение о попытке договориться привело к тому, что бывший муж все же решил быть со мной откровенным.
- Как я сказал - ушла она быстро. Но успела сказать маме, что готова сделать днк тест прямо сейчас.
Клянусь, мне казалось, что я уговорила себя, что все Константиновские дети, кроме Сашки, меня вообще никак не должны были волновать. Но, как оказалось, информация о том, что Катя согласна на анализы, меня все же тронула.
- Вот и хорошо. Будешь знать точно, твой это ребенок, или нет, - сказала как можно равнодушнее.
Взяв салфетку со стола, я принялась делать из нее какую-то фигурку, чтобы чем-то отвлечь руки, которые начали подрагивать. И каждую секунду чувствовала на себе пристальный взгляд Никиты.
- А если он все же мой? - тихо спросил он, и я вскинула на него глаза.
Тут же по сердцу полоснуло тем чувством, которое стоило уже давно запрятать глубоко-глубоко. Сожалением, что у нас все получилось так, как получилось. Нет, я вовсе не хотела сейчас наново искать и находить единственного виноватого в этом человека. Просто было жаль - своих чувств, своих желаний. Своей готовности отдать всю себя без остатка тому, кто этого был совсем не достоин.
- А если он все же твой, - вздохнув, ответила Константинову, - значит, будем собираться семейным советом и решать, как сделать все максимально спокойно для того человека, которого мы должны оградить. Для Сашки.
Никита поджал губы. Потом кивнул.
- Я знаю, что твоя мама уже готова принять этого ребенка, как своего… - продолжила притворно-безразлично. - И это меня никак не касается. Но все же некоторые нюансы обговорить придется.
Отбросив от себя то ли самолетик, то ли динозаврика, которые получились из помятой салфетки, я поднялась из-за стола и, обхватив себя руками, отошла к окну. И уже собиралась указать Никите на выход, когда он задал неожиданный вопрос:
- А если бы я… предложил со мной уехать? Прямо сейчас? Бросить все и отправиться туда, где нас бы никто не нашел?
Я повернулась к Константинову так внезапно, что услышала, как хрустнули мои шейные позвонки. Что делал сейчас Никита? То же, что и обычно. Предлагал несусветную чушь, на которую я еще год назад бы согласилась.
А что? Очень легко было бы просто исчезнуть ото всех и забыть о похождениях мужа, в то же время оставаясь рядом с ним. И продержаться так новых пару лет, за которые ровным счетом ничего бы не изменилось.
- Если бы предложил - минимум, что услышал бы - мое твердое «нет». Все, на что ты можешь рассчитывать - хорошее отношение с матерью твоего ребенка после нашего развода. По крайней мере, с одной из матерей уж точно. И я о себе.
Криво усмехнувшись, я покачала головой.
- А сейчас уходи. Спасибо за помощь и за Игоря. Я обращусь к товарищу капитану сразу, как только понадобится.
Наши взгляды скрестились в молчаливой битве. Глаза Константинова привычно полыхнули тьмой, но я уже не опасалась реакции бывшего мужа.
- Спасибо, что лишний раз напомнила о том, что предпочтешь кого угодно, только не меня, - жестко сказал Никита и, поднявшись из-за стола, ушел. И вовремя, иначе бы все то, что мгновенно стало рваться наружу из моей души, угрожало привести к новому скандалу.
Через несколько секунд за ним закрылась дверь, а я опустилась на стул и помассировала виски. Глухая головная боль всегда становилась предвестником мигрени. Чертовы нервы! Если так пойдет дальше, уже к вечеру я ни о чем думать не смогу, кроме того, чтобы моя черепная коробка не треснула от боли.
Это означало, что нужно принимать таблетки уже сейчас.
Заглянув в комнату Сашки и убедившись, что она спит (на удивление спокойно), я прошла в прихожую и порылась в сумке на предмет небольшой аптечки, которую всегда носила с собой. Ойкнула, когда палец прошелся по чему-то острому, что показалось лезвием, а мгновением позже извлекла из сумки светлый прямоугольник плотной бумаги.
Сначала мои брови удивленно приподнялись, затем я невольно улыбнулась.
Свердлов Игорь. И номер его телефона. А ниже приписка - На случай, если придется снова спасать :) И когда он только успел не только надписать эту визитку, но еще и опустить ее в мою сумку?
Загадка. Но, к слову, приятная.
***
Глава 25
Никита решил позвонить Кате сам. Он чертовски устал от того, что происходило. Как это часто бывает, поиски виноватого у Константинова сводились к тому, что случившееся - дело рук кого угодно, но только не самого Никиты. Так было до сих пор. Сейчас он не собирался увиливать от ответственности, если, конечно, ребенок был зачат от него.
