— Идея интересная, — подбодрил его Павел Иванович, — но такую оперативную комбинацию надо тщательно подготовить.
— Я буду думать и вам доложу, а пока сам пойду и посмотрю на этот художественный салон, — сказал Кудрин и вышел из кабинета. Он торопился, чувствовал, что надо действовать как можно быстрее.
Через полчаса он уже заходил в небольшое одноэтажное здание художественного салона, где на продолговатых полках были выставлены небольшие картины, деревянные поделки, расписные самовары и много всякой другой мелочи. Его внимание привлекла небольшая хрустальная ваза, стоявшая на самой нижней полке.
— Вам что-то показать? — спросил подошедший продавец.
— Да, можно вон ту вазу? — сказал Женя, показав рукой на нее.
Продавец подал ему вазу, а сам отошел к другому подошедшему покупателю. Кудрин внимательно осмотрел и на самом дне увидел небольшой скол.
— Вот где будут классные отпечатки, — подумал он, и алгоритм действий пришел в голову сам собой: нужно устроить небольшой скандал и попроситься к заведующему, чтобы тот скинул цену из-за дефекта. Но надо будет сделать так, чтобы ваза побывала в руках Кофмана.
— Отложите мне эту вазу, — сказал Женя продавцу, я через пару часов зайду и куплю ее.
В отделении милиции Кудрин сразу же доложил свой план оперативной комбинации начальнику. Вначале Николаев качал головой и скептически отнесся к этой идее, но Женя был настолько убедителен в своей решимости, что начальник сдался и разрешил ее осуществление.
— Только ты пойдешь не один, а со следователем Зориной Татьяной Сергеевной, она человек опытный и тебе подыграет, — сказал Николаев, — а деньги для покупки вазы я тебе дам.
— Вы что, свои дадите? — удивленно спросил Женя.
— А что делать, не оформлять же официально, — ответил Николаев, — слишком много времени надо для их оформления, а здесь следует быстро решать. А вазу я подарю своей жене, у нее скоро день рождения.
Через час, несколько раз проиграв сцену со скандалом, они входили в художественный салон. Зорина, как было заранее обусловлено, долго рассматривала вазу, а потом произнесла:
— Мы бы у вас купили ее, но вот внизу есть небольшой скол, так что надо бы снизить цену, и лучше вдвое.
— Да он почти незаметен, — посмотрев в сторону скола, твердо парировал продавец, — а цены здесь не я устанавливаю.
— Можно к вашему заведующему, — громко сказал Кудрин, — я все-таки хочу ее купить.
— Заходите к нему, он на месте, — ответил удивленный продавец и указал на дверь кабинета заведующего.
Они зашли в кабинет и увидели сидящего за столом высокого мужчину средних лет в темном костюме и ярко-оранжевом галстуке.
— Вы, товарищи, ко мне? — спросил он.
— Да, к вам, — ответила Зорина и объяснила причину прихода к нему.
— Где скол, покажите? — проговорил Кофман.
Зорина передала вазу в руки заведующего, который долго вращал ее в своих руках, пытаясь что-то разглядеть.
— Видите, вон там снизу, — пальцем указала она.
— Ну, есть небольшой скол, но он совсем не виден, — подытожил Кофман, не желая больше общаться.
— Сбросьте вдвое цену, и мы ее купим, — настаивала на своем Зорина.
— Ну, вдвое, конечно, нет, а на двадцать процентов, пожалуй, можно, — устало согласился заведующий.
— Ну и хорошо, — быстро ответил Женя.
Кофман встал из-за стола и, хромая на правую ногу, вышел из кабинета в салон, держа вазу в руках; Кудрин и Зорина последовали за ним.
— Боря, оформи этим товарищам продажу вазы со скидкой в двадцать процентов, — сказал он и поставил вазу у кассы.
— Спасибо, товарищ заведующий, — сказала Зорина.
— Мы всегда идем навстречу клиентам, — ответил Кофман и удалился в свой кабинет.
Продавец положил вазу в коробку, они ее оплатили и вышли на улицу.
— Ну, хорошо, что так все получилось, я, признаться, волновалась, — сказала Зорина.
Кудрин не обратил внимания на ее радостный спич, так как голова его была занята отпечатками пальцев, оставленных на вазе Кофманом.
Николаев выслушал доклад Кудрина, поблагодарил Зорину и удовлетворенно произнес:
— Молодцы!
Потом он внимательно осмотрел вазу, не вынимая ее из коробки, и сказал:
— Завтра с утра вези ее тому эксперту-криминалисту, а я позвоню начальнику уголовного розыска Октябрьского райотдела, чтобы он дал указание эксперту оперативно сделать заключение по пальчикам на этой вазе и сличить их с отпечатками, найденными в квартире Шурупа.
На следующий день Женя с самого утра отправился в экспертный отдел Октябрьского райотдела и передал вазу эксперту-криминалисту.
— Зайди через пару часов, — сказал тот, — думаю, что к этому времени заключение будет готово.
Эти два часа Женя просто гулял по московским улицам, зашел в фойе кинотеатра «Ударник», потом долго читал афиши у Театра эстрады. Он старался отгонять от себя мысли о том, что может ничего не получиться из его задумки, и Кофман окажется ни в чем не виноват.
В указанное время он снова подошел к кабинету эксперта-криминалиста. Постучав в дверь, Женя вошел в кабинет. Эксперт сидел за столом и смотрел в микроскоп.
