Когда из динамиков послышались первые звуки, он прибавил громкость, чтобы было слышно у него в кабинете. Что ни говори, французы понимают толк в электронной музыке. Эта мысль заставила Винсента с уважением подумать о Дени, парне Ребекки. Возможно, дочь не так уж ошиблась с выбором.
Винсент вернулся к загадочному сообщению на столе. Должен быть более глубокий слой, который ему еще предстоит раскопать. Единственное, что оставалось, – анаграмма, где заглавные буквы, как и знаки препинания, игнорируются, а из остальных, путем переставления, складывается зашифрованный текст. Но с восемнадцатью буквами возможны миллионы комбинаций. Без малейшего понятия, что хочешь получить в итоге, не стоило и начинать.
Вздохнув, Винсент сложил фрагменты обратно в конверт. Существует еще вероятность того, что все это вообще не имеет никакого смысла. В конце концов, ему уже не раз приходилось получать и такое. Но против этого говорили две вещи.
Первое – необъяснимое чувство тревоги, которое никак не хотело отступать.
И второе – что спустя ровно год после первой, – всего шесть месяцев назад, – Винсент получил новую рождественскую открытку. И новые бумажные фрагменты.
Мине всю ночь снились кошмары, но к утру все бесследно развеялось. Она проснулась вспотевшей больше обычного, поэтому утренние гигиенические процедуры заняли вдвое больше времени. Как следствие, Мина опоздала на работу. Юлия только что заканчивала обзор ситуации. Успешность работы в воскресенье во многом зависела от того, что коллегам удалось сделать в субботу. Мина надеялась, что больше, чем ей.
Выйдя из ворот своего дома, она замерла на месте. Мина слишком хорошо знала эту большую черную машину. В груди как будто забилась маленькая колибри, ища выхода из клетки. Зачем он здесь? Почему сейчас? Не зря несколько дней тому назад Мина вспоминала квартиру в Васастане…
Она подбежала к машине, дернула заднюю дверцу:
– Что случилось?
– Сядь, – велел он вместо ответа.
Одно это слово пробудило лавину воспоминаний. Он никогда не бывал щедр на слова и слишком привык отдавать приказы. Что было объяснимо, с учетом его положения. Но и в самом начале карьеры, когда они еще жили вместе, разговаривал примерно так же. Как будто всегда имел отправной точкой данную ему власть над другими людьми.
Мина села, предварительно осмотрев сиденье. Идеальная чистота. Наверняка есть люди, чьей единственной обязанностью является поддержание порядка в салоне этой машины.
– Что случилось? – повторила Мина, взглянув на водителя.
Само присутствие свидетеля показалось ей странным, но солнцезащитные очки водителя ничего не выдавали, когда Мина смотрела на него в зеркало заднего вида. Мужчина смотрел прямо перед собой.
Разумеется, быть в нужный момент слепым и глухим – часть его работы.
Мина перевела взгляд на другого мужчину, сидевшего рядом с ней на заднем сиденье. Сердце снова затрепетало. Зачем все-таки она здесь?
Он вычеркнул ее из своей жизни и жизни Натали. Мина поняла и приняла это. Таким было его главное условие. Если она уйдет от них, все связи оборвутся. И так продолжалось много лет. Он не приближался к ней, она – к нему. Вот так, просто. Пока они не застукали ее два года тому назад, и после этого больше не давали о себе знать. И Мина старалась держаться на расстоянии. Больше никакого наблюдательного пункта на платформе Блосуте. И никакого кофе в Кунгстредгордене. Что же случилось теперь?
И почему рядом с ее домом?
Мина сосредоточилась на крошечном пятнышке на спинке переднего сиденья. Единственном на идеально гладкой кожаной поверхности.
Вдох-выдох.
Вдох-выдох.
Она повернулась и встретила его взгляд. Стальной, как всегда. Но в ясных голубых глазах мелькнуло беспокойство. О, эти глаза, совсем как у Натали…
– Она вышла на контакт, – сказал он. – Ты должна была удерживать ее на расстоянии.
Мине не нужно было спрашивать, кого он имел в виду.
– Я давно не разговаривала с мамой, – ответила она.
– Натали с ней. С прошлой пятницы. Мои люди, конечно, всё видели. Это я не велел им вмешиваться.
Мина вспомнила, как два года назад, летом, не смогла отказать себе в чашечке кофе в компании Натали. Охрана увела дочь раньше, чем Мина успела сесть.
– До сих пор у тебя не возникало проблем с вмешательством.
– Все верно, – вздохнул он. – И привело к тому, что сейчас у нас с Натали… довольно натянутые отношения. Мне не хотелось бы усугублять ситуацию без необходимости. Не то чтобы я не знал, где этот дом… да и Натали теперь выросла. Так или иначе, она первой написала, что встретила бабушку. А вечером я получил еще одно сообщение, что она остается ночевать у Инес. Это было в прошлую пятницу. С тех пор Натали не отвечает на мои звонки. Сегодня воскресенье. Упрямый подросток, да, но всему есть пределы.
