– Что я тебе сделал?
– Уже ничего не сделаешь, - ответила она. - Ни мне, ни моим детям, которые служат вашему королевству.
– Детям? - переспросил Хайен, отступая к стене и пытаясь вытащить иглу из плеча.
Но пальцы не слушались. А эльфийка сложила веер и продолжила:
– Да. Они родились с даром ищейки. Таким, как они, не сидится на месте. Они ушли служить людям… И я не могу позволить, чтобы рядом с ними был ты.
“Детям? - подумал Хайен. - Эльфы-ищейки… Тройняшки? Это что мать Идрес?!”
В следующий миг в ее руках вспыхнуло пламя. Хайен смотрел в голубые глаза и не видел в них ни капли сожаления или хотя бы сомнений. Его пришли убивать только из-за наличия силы, которой эльфы боялись. Юношу захлестнула ярость. Шевелиться он почти не мог. А значит, не хватит скорости, чтобы защититься с помощью целительской магии. Поэтому юноша инстинктивно потянулся к той силе, которая никогда его не подводила. Темная волна с готовностью откликнулась, но проклятые браслеты мешали. Жар пламенного заклинания опалил лицо юноши, и в тот же миг цепочки на его запястьях лопнули.
Черные плети мгновенно обвили тело Хайена, защищая от пламени. Но эльфийка продолжала наступать. Его сопротивление не вызвало у нее удивления. Только еще большую ярость и решимость. Хайен знал, что еще слаб. Орочий яд, а теперь и эльфийский, подточили его силы. Поток огня свернулся коконом, пытаясь поглотить темную магию. Эльфийка была сильна, Хайен прикладывал огромные усилия, чтобы противостоять ей. Чего они боятся с таким уровнем магии? Огня слишком много, и он медленно, но верно берет верх…
Внезапно рев пламени разорвал уверенный юношеский голос:
– Ньери. Прекрати.
Пламя погасло тут же, будто его и не было. Только кольцо сажи на полу и стене напоминало о том, что здесь только что шла борьба не на жизнь, а на смерть. Хайен развеял свою магию и тяжело осел на пол. Он привалился к стене и с усилием повернул голову, чтобы посмотреть на своего нежданного спасителя. Но сначала он увидел эльфийку. Она больше не смотрела на столь ненавистного темного, а низко склонилась перед вновь прибывшим… мальчишкой.
Хайену показалось, что этому эльфу лет четырнадцать-пятнадцать, не больше. И одет он был странно. Во всяком случае, такой одежды он у местных еще не видел. Короткое, едва закрывающее колени хьяллэ цвета стали, с двумя прорезями впереди для удобства движений. Под ним были такие же серо-стальные брюки и сапоги. А еще у одеяния были непривычно узкие для эльфов рукава. Серебристые наручи с искусной гравировкой притягивали взгляд. Цветы, бабочки? Хайен не мог понять, что пытался изобразить неизвестный мастер. За поясом у юного эльфа висел меч в богато украшенных ножнах. Это военная форма? И кто этот парнишка?
На безупречно красивом лице юного эльфа укоризненно светились темно-синие, сапфировые глаза. Незнакомец тряхнул гривой белых волос и заговорил на родном языке. В его голосе слышалось недовольство. Несостоявшаяся убийца ответила ему, едва сдерживая гнев. Они говорили быстро, и смысл ускользал от Хайена, он улавливал только отдельные слова. Наконец, беловолосый пришелец указал на дверь, и эльфийка покорно ушла. Удивлению Хайена не было предела. Кто же он такой?
В этот момент незнакомец опустился на пол рядом с юношей и на языке королевства сказал:
– Прости ее. Это Ньери, она слегка…
Он неопределенно пожал плечами, а затем начал вытягивать из тела Хайена иглы.
– Сейчас я выгоню яд и все залечу, - продолжал эльф. - Ньери в своем репертуаре. Ее иногда заносит. На месте тройняшек я бы тоже в Королевство Людей сбежал от такой мамочки…
– Ньери? - переспросил Хайен, припоминая, что эльфийка представилась как-то иначе.
– Вообще, ее зовут Линьериссиэль, - охотно пояснил незнакомец, продолжая вытаскивать иглы. - Но в эльфийском многие слова, связанные с пламенем, начинаются с “лин”. Имена Пламенных эльфов тоже, и мы сокращаем их по-разному, чтобы не было слишком много “Линов”. Так что эту леди здесь зовут Ньери. А я - Син.
Хайен понял, что это только часть эльфийского имени. А представляться полностью его новый знакомый почему-то не пожелал. Впрочем, юноше было так плохо, что на расспросы не было сил. Слабость накатила с новой силой, и комната вокруг начала вращаться, затягивая его в темноту…
Пришел в себя он уже в постели. Син устроился в кресле неподалеку и внимательно смотрел на Хайена.
– Очнулся? - обрадовался юный эльф. - Отлично. Я уже думал, что ничего не вышло. С ядом она все-таки переборщила, да… Точнее, остатки орочьего усилили тот, что использовала Ньери.
Он говорил это так буднично, как будто эльфийка пересолила обед, а не пыталась отравить нежеланного гостя. Хайен покосился на темноту за окном и спросил:
– Долго я был без сознания?
– Три часа, - ответил Син. - Но теперь все будет в порядке, я тебя подлатал, спи.
– Если бы здесь еще можно было спать по-настоящему, - проворчал Хайен.
– Имеешь в виду - уходить в сны? - с интересом спросил эльф.
– Да.
Какое-то время Син продолжал с любопытством разглядывать юношу, а потом задал следующий вопрос:
– И как там, в снах?
Хайен сел на постели и ответил:
