Хорошо еще, что девушка не видела всего, что отражалось в зеркале заднего вида, не до того ей было — тупо смотрела вперед, невидящим взором, а вот Денис наоборот — внимательно поглядывал не только вперед, но и по сторонам и назад. И вот в какой-то момент, а именно — при въезде в заброшенную деревню, то ли взаправду увидел, то ли показалось ему в панорамном зеркале, что три черные тени на миг прикрыли звезды, проявившиеся сквозь прорехи в густых осенних облаках. Были тени, или нет — неизвестно, но свое дело они сделали — заставили вспомнить Ворона и стало старшему помощнику, скажем так — неуютно. Однако, уютно, или неуютно — взялся, не говори!
Согласно дорожной легенде, дом бабки Клавдии был последним на единственной деревенской улице — не промахнешься, но были еще и «особые приметы» — колодец напротив, на другой стороне, а метрах в пятидесяти за домом — деревенский погост, являвшийся естественным тупиком, которым проселок и заканчивался — не ошибешься, даже если очень захочешь.
Как только в безжалостном холодном свете заранее включенной над кабиной «люстры» высветились покосившиеся кресты, можно было считать, что цель путешествия достигнута. Старший помощник медленно свернул к скособоченному и покосившемуся дому, несколько секунд разглядывал его, недоумевая, как можно было здесь жить — одной, без людей, без магазина, без электричества и вообще без всего, что человек обычно не замечает, но без чего становится очень тоскливо, когда «это» исчезает — вспомним хотя бы блэкаут, или пожар на московской телебашне.
«Однако, — философски подумал Денис, — человек такая скотинка — ко всему привыкает!»
«Это точно!» — поддержал его внутренний голос.
— Этот дом? — на всякий случай уточнил старший помощник у Полины. Девушка молча кивнула, затравленно глядя на «родовое гнездо», выглядящее так, будто это не человеческое жилище, а декорации фильма ужасов. — Уверена?
— Да… — Полина зябко передернула плечами. — Она мне
— Не боись! — ухмыльнулся Денис. — Я лучший охотник на привидения, которого я знаю! — сам он никакого веселья не испытывал, но девчонка была совсем плоха, надо было как-то выводить ее из панического состояния. — Когда я делаю свои первые пассы, то глухие начинают ходить, а хромые разговаривать! — продолжил он балагурить, одновременно натягивая шкиру.
Но, судя по тому, что Полина не обратила никакого внимания, как на его разговоры, так и на переодевания, поставленная цель достигнута не была. Девушку продолжала бить крупная дрожь. И это было плохо — неизвестно, что ждало их впереди и было необходимо, чтобы Полина четко выполняла все его указания, а для этого надо было привести ее в адекватное состояние.
Нужно было принимать какие-то экстренные меры, потому что так и до нервного срыва недалеко. И что делать тогда, когда у тебя на руках будет биться в истерике девица, а тебе надо «работать» с очень непростой мертвой ведьмой? Кого «успокаивать»? Старший помощник на несколько мгновений задумался, но кроме традиционного национального метода борьбы со стрессом, ничего другого ему в голову не пришло. Денис перегнулся назад и вытащил из спортивной сумки, лежащей на заднем сидении, початую бутылку водки «Абсолют», предусмотрительно прихваченную им из холодильника Полины — вот и пригодилась!
— Пей! — приказал он, сунув ее в руки девушки.
Но, даже эту несложную команду выполнить Полина не смогла. Вернее, как не смогла? Смогла, но скажем так — частично. Взять бутылку в трясущиеся руки она смогла, однако продолжила сидеть, даже не пытаясь сделать глоток. Пришлось старшему помощнику брать процесс в свои руки. Он забрал бутылку у нее из рук, отвинтил пробку, поднес горлышко к губам, надавил на болевые точки на нижней челюсти, заставив открыть рот и влил приличный глоток. В следующее мгновение девушка резко оттолкнула бутылку, закашлялась, из глаз у нее потекли слезы, а еще через некоторое время с ней уже можно было разговаривать — в глазах появилось осмысленное выражение, а дрожь прекратилась.
— Пойдем посмотрим, что в доме делается, — улыбнулся Денис, с таким непринужденным видом, будто приглашал девушку в кафе полакомиться мороженным и шампанским, но Полина снова мгновенно скукожилась, а взгляд ее опять стал затравленным:
— А можно я не пойду, — умоляюще попросила она.
— Конечно можно, — пожал плечами старший помощник. — Сиди, грейся.
Он заглушил двигатель и погасил «люстру». Сделал это не для того, чтобы сэкономить горючее, или не сажать аккумулятор. Наоборот, хотя и видел прекрасно в темноте, но с включенной «люстрой» было как-то уютнее, что ли. Но! Обманывать себя Денис давно отучился и знал, что тени в небе ему не померещились и, что недаром подсознание, или интуиция напомнили о Вороне — значит уловили что-то, чего не углядел он сам, или углядел, да не
