«Блять! Блять! Блять! — раздраженно думал Денис быстро двигаясь в направлении „Трех сестер“. — Я не пытаюсь перехватить у местных власть, я не прогрессорствую, я не отбираю ни у кого кусок хлеба, я стараюсь никого не задевать, а на меня идет непрерывная охота! Какого черта, блин!?! Что не так!?! За мной же кровь льется рекой, будто я маньяк какой. Неприятно, блин!»
«Самостийный, ты больно, — с фальшивым участием вздохнул внутренний голос, — прям, как хохол. Нет бы уважить людей, так ведь на дыбы сразу! В позу!»
«Это ты о чем?» — подозрительно осведомился старший помощник.
«Ну-у… как это о чем? Понятно о чем… Дал бы себя ограбить на базаре в Нейтене и жил спокойно… — продолжил ехидничать голос. — Так ведь нет — жадность обуяла! Жадный ты, а люди этого не любят! — безапелляционно заявил голос. — Отсюда и проблемы!»
«Да пошел ты!» — Денис хотел выматериться, но не стал, ибо достиг точки бифуркации: налево пойдешь в гостиницу попадешь, направо — в гости к коренастому, который следил за книжным магазином и обмишурился.
А по какому пути двинуться он еще не решил. У обоих направлений были свои плюсы и минусы. Если в гостиницу, то можно сразу сматывать удочки и прости-прощай Одесса-мама… Чем дальше будет старший помощник от места преступления когда прибудет авторитетная комиссия разбираться что же произошло с резидентом нейтенской разведки, или с чрезвычайным и полномочным послом — а что? — чем черт не шутит, вдруг здесь такие посольства непритязательные, или кем там медведь был на самом деле, а разбираться будут однозначно, тем лучше.
Это с одной стороны, а с другой — информация о тактике и стратегии противника так и не получена. Не исключено, конечно, а даже не исключено, а вполне вероятно, что коренастый мало разбирается в вопросах, интересующих Дениса, но, — а вдруг? Не проверишь, не узнаешь. Однако, опять же, разработка, хоть и кратковременная, шпика-неудачника, это потеря времени, а зачастую даже не часы, а секунды отделяют успех от провала, плюс от минуса и жизнь от смерти. Сунуться к коренастому, если выжать из вопроса всю воду и оставить твердый остаток, означало еще раз рискнуть собственной шкурой — такие уж ставки были в игре. А еще следовало учитывать, что это будет необязательный риск, вроде невынужденной ошибки в теннисе. Можно рискнуть, а можно не рисковать.
«Сделаем так! — вновь заявил о себе внутренний голос. — Скорее всего этот хрен забурился в какой-нибудь кабак и бухает — горе заливает, но если он окажется дома — это знак судьбы, что надо брать его за пищик и расспрашивать!»
«А на нэт и суда нэт! — хмыкнул старший помощник. — Подсудимый не явился!»
«Именно!»
«Ну что ж… — после короткого раздумья принял решение Денис. — Пойдем. Потрогаем гражданина Корейко за вымя…»
«Потрогаем!» — обрадовался голос.
«А ты помнишь, что у Системы можно выиграть сражение, но не войну, — поморщился старший помощник. — А мы и так задолжал Госпоже Удаче…»
«Я все помню! — отрезал голос. — Пошли!»
«Ну, пошли, так пошли…»
Нельзя сказать, что вызов в Храм Воли стал неожиданностью для каноника Храма Крови У-Вея — нет, он ждал его, помня обещание Архиприора, но все равно появление дежурного клирика в цветах главного храма Школы Духа заставило его сердце сбиться с нормального ритма. Это, как плановая операция — ты к ней морально готов, ты ее ждешь, ты знаешь дату и час, на которые она назначена, но, когда в палате появляется каталка, на которой тебя отвезут в операционную, сердце твое тревожно сжимается.
Однако, У-Вей быстро взял себя в руки и в кабинет сияющего отца вошел без тени волнения на лице. По крайней мере, внешне это выглядело именно так, но, обмануть Архиприора Школы Духа было не то, чтобы невозможно, но, трудно — Вэй-Жунь-Май-Тей бросил на каноника понимающий взгляд и жестом предложил ему садиться, что тот с облегчением и сделал. Все-таки, как ни крути, а определенная дрожь в ногах У-Вея присутствовала — наступал один из переломных моментов его жизни, определяющий всю последующую карьеру — или тесное общение с колесами власти швырнет его в грязь, или подкинет к звездам. Третьего не дано. Архиприор тратить время на политесы не стал и сразу перешел к делу:
— Расследование, которое ты инспирировал, — хорошо поставленным голосом, способным удерживать внимание многочисленной аудитории, начал он, — привело к неожиданному результату.
С этими словами, Вэй-Жунь-Май-Тей сдернул небольшое покрывало, скрывавшее под собой поисковый амулет. Беглого взгляда, брошенного каноником на большой стеклянный блин, хватило, чтобы осознать степень неожиданности, к которой привела его инициатива. Эта степень оказалось очень высокой — вместо привычного «ежа», в глубине артефакта притаилась огромная, жирная, черная стрела, напоминающая змею. Ничего подобного У-Вей раньше не встречал, хотя, из-за характера службы, повидал много поисковых артефактов. Откровенно говоря, стрела выглядела пугающе, прозрачно намекая, что не тот охотник, кто входит в лес, а тот охотник, кто из леса выходит.
— Что скажешь? — Архиприор выжидающе уставился на каноника.
