Усадив Дениса в кабинете, он выдал ему коробку с разряженными артефактами, а сам вернулся за прилавок. Монотонная работа, не требующая особых умственных усилий, а если называть вещи своими именами, то вообще никаких, оставляла мозг старшего помощника свободным, а так как этот орган простаивать не умеет, а когда не решает реальных задач вроде нахождения производной функции в заданной точке, используя формулу Лагранжа, или прикидывая, как половчее подкатить яйца к аппетитной блондинке с третьего курса, или решая еще какую нетривиальную задачу, мозг начинает жевать мыслежвачку — это, если по-научному.
А ежели по-простому, по рабоче-крестьянски, этот процесс называется руминация — когда в голове непрерывно прокручиваются тревожные и неприятные мысли, а также размышления об их причинах и последствиях. Проблема заключается в том, что эти мысли сами по себе уже вызывают тревогу. Однако их бесконечное повторение может ухудшать ментальное состояние человека и даже приводить к депрессии.
Разумеется, доводить себя до такого состояния старший помощник не собирался ни под каким видом, поэтому он вернулся к размышлениям, как организовать полноценную тренировку и одновременно тестирование боевых возможностей Астрального Лазутчика.
Думал Денис думал, да так ничего гениального, или на худой конец — прорывного так и не придумал. В конце концов решил старший помощник, что соберет что-нибудь из говна и палок, а если и палок в дворцах Тиры и Лиры не окажется (насчет говна можно было не беспокоиться — хоть немного, да найдется), то прикупит на базаре какую-нибудь хрень, типа большого котла, или кастрюли, водрузит на козлы, заполнит песочком, или камнями и будет хреначить со всей дури. На этом и успокоился. Окончательно вывел его из состояния задумчивости Арэмэзд:
— Там за тобой пришли…
— Пора напрягаться? — уточнил Денис, одновременно прикидывая, как будет объяснять артефактору последствия работы Астрального Лазутчика, если без его помощи обойтись не удаться.
— Ну-у… если только в хорошем смысле, — ухмыльнулся Арэмэзд.
Тира с Лирой ждали старшего помощника устроившись в шикарном открытом ландо. Пассажиры и возница полностью соответствовали роскошному экипажу. Целительницы, как обычно, выглядели и прелестно и богато — как известно, бриллианты лучшие друзья девушек и этих друзей на каждой из них было не то, что в избытке, или ощущался недостаток, а ровно столько, чтобы подчеркнуть красоту, но не бросаться в глаза, ну а кучер статностью, степенностью и шармом напоминал швейцара пафосного ресторана где-нибудь в Сохо.
В целом картинка напоминала то ли кинофестиваль, то ли бразильский карнавал — все было хоть и дорого-богато, но в то же время красиво и без пошлости, свойственной всем нуворишам, а в особенности отечественным.
После того, как старший помощник ловко запрыгнул в транспортное средство, барышни, сидящие друг напротив друга, подскочили, словно ужаленные, и с радостным визгом повисли на Денисе. Старший помощник, ощутив упругие девичьи тела, почувствовал, что его вопрос Арэмэзду о том, стоит ли напрягаться был пророческим.
"Да-а… шоб я так жил, как тебя с работы встречают!.." — не без зависти протянул внутренний голос.
"Таки девушки имеют вкус!" — резонно заметил ему на это старший помощник, после чего оба заржали.
Закончив обниматься и целоваться (с Денисом, а не между собой, как некоторые подумали), Тира с Лирой снова устроились друг напротив друга на красных кожаных диванах и выжидательно и не без насмешки во взорах уставились на Дениса, ожидая к кому он сядет. Целительницы, не понятно с какого шороху, решили, что задали старшему помощнику неразрешимую логическую задачу, или же говоря другими словами — поставили в интересное положение (не путать с дамами, находящимися в таком же положении!).
Расчет был прост — к кому бы Денис ни сел, "обиженная" сторона в дальнейшем общении получит моральное право на требование всяческих уступок, льгот, бонусов и прочих преференций. Однако прелестницы не на того напали — Дениса на простое постановление не возьмешь! Изобретать велосипед старший помощник не стал и для начала пошел по самому простому пути — предложил использовать монетку, как делают все футбольные рефери, чтобы капитан команды, которому улыбнется удача, мог выбрать ввод мяча в игру, или сторону поля.
Девушки с ехидными улыбками согласились, Тира выбрала "орла", а Лира — "решку". Хотя изображения на аверсе и реверсе золотого никоим образом на орла и решку не походили, Денис решил считать их именно орлом и решкой, а Тире с Лирой было пофиг, так что ему никто и не возражал.
