"Разорвут!" — понимающе покивал старший помощник. И был совершенно прав — пациенты и их сопровождающие, околачивающиеся рядом с павильоном "Вечерний бриз", порвут, как Тузик грелку, любого нарушителя конвенции, пытающегося проникнуть в павильон без очереди, пусть даже вопящего благим матом "Мне только спросить!" и размахивающего, как флагом, направлением от главврача.
"Значит, надо устроиться где-нибудь неподалеку от "Вечернего бриза" и следить!" — мысленно пожал плечами Денис.
"Конгениально!" — оценил предложение носителя внутренний голос. Сделал он это искренне, или съехидничал, было не совсем понятно, так как мысль была очевидной и достаточно банальной. Однако, на том и порешили, свернув дискуссию, после чего старший помощник "вернулся" за обеденный стол.
А вернулся он, как раз к тому моменту, как подали горячее и Денис достаточно высоко оценил суп-пюре из дичи, бульон с фрикадельками и слоёными пирожками и жаркое из ягненка. Почувствовав, что в него больше не влезет ни крошки, Денис искренне поблагодарил Хлосту и с трудом выбрался из-за стола.
О том, как налопался старший помощник говорил тот факт, что он даже не притронулся к горячо любимому им мороженому! К счастью для него, опасность растолстеть для старшего помощника отсутствовала — наники трескали, как ни в себя, сколько ни давай. С другой стороны, если бы их не было, то Денис бы столько и не ел. Наверное…
Дабы растрясти жирок и заодно подышать свежим воздухом, старший помощник решил прогуляться до Трилистника пешком. Однако, уже выйдя за ворота и услышав колокол, Денис сообразил, что идти в лечебницу еще рано, потому что до конца рабочего дня оставалось еще порядочно времени и делать в Трилистнике было совершенно нечего а околачиваться без дела крайне скучно, а идти к Арэмэзду было уже поздно, ибо конец рабочего дня был не за горами и пока придешь, пока наряд у мастера получишь, пока расчистишь рабочее место от стружки, пока станок включишь, пока в курилке перетрешь с мужиками за жисть, глядишь и смена закончилась — нечего было и начинать.
Вот такой вот временной парадокс получался, однако. Впрочем, ничего удивительного в этом не было — время субстанция тонкая, примерно, как голова и обследованию не подлежит, но совершенно точно можно сказать, что идет время с разной скоростью в разных обстоятельствах.
Даже если не рассматривать совершенно умозрительные эксперименты с экипажами звездолетов, летящих с субсветовыми скоростями, для которых время идет совершенно не так, как для оставшихся на Земле, есть достаточное количество свидетельств очевидцев, попавших в экстремальные обстоятельства, для которых течение времени очень сильно замедлялось.
Кто-то видел, как на корпусе упавшего рядом снаряда, появлялись медленно расширявшиеся огненные расщелины, а потом время начинало идти с обычной скоростью и следовал взрыв. Кто видел, как несущаяся на него на бешенной скорости машина внезапно стала напоминать пчелу попавшую в варенье и начинала не лететь, а ползти и человек успевал разглядеть капельки пота на перекошенном лице водителя, госномер, сколы краски на бампере и массу других деталей, на которые обычно внимания не обращаешь, не говоря уже о том, что этот человек успевал убраться с траектории ее движения и спасти таким образом жизнь. Так что ничего удивительного в том, что идти в Трилистник было еще рано, а в артефактную лавку уже поздно, не было.
Из-за отсутствия конкретной задачи, которая отсутствовала, старший помощник совершенно не представлял куда направить свои стопы. Точнее говоря, задача такая была — нужно было убить время до похода в Трилистник и это очень не нравилось Денису, который считал убийство времени смертным грехом, о котором забыли упомянуть в Библии. А может вычеркнули в процессе переписки — иди знай.
Время жизни — невосполняемый и самый ценный ресурс, выделяемый человеку при рождении и тратить его на всякую хрень, типа изучения албанского языка, зависания в соцсетях, посещения курсов личностного роста, стояния под окнами любимой девушки, которая тебя в пень не ставит, в надежде, что она оценит и полюбит, не говоря уже о фанатском движении (футбольных болельщиков выводим за скобки — это святое, а говорим о фанатках, которые тратят жизнь на преследование своих кумиров) — это значит плюнуть в лицо Господу, который это время тебе подарил. Вот таким было отношение старшего помощника к убийству времени, поэтому он начал интенсивно думать — аж вспотел, как использовать образовавшийся тайм-аут хоть с какой-нибудь, но пользой.
"Можно в гости к Тарении заглянуть…" — робко предложил внутренний голос.
"Совсем трёхнулся?" — ласково поинтересовался Денис.
"Ну-у… я так… варианты накидываю… — смутился голос и быстренько продолжил, чтобы вариант с Таренией был немедленно отправлен в архив и прочно забыт: — Или по Кольцу прогуляться…"
"По Адмиральской набережной можно, — снисходительно согласился старший помощник, — хоть посмотреть на нее при дневном свете!"
