— Действительно! — перебила ее Тира. — Получается, что им можно, а нам — нет!
— Нам тоже можно! — подхватила Лира. — Мы тоже люди!
— Ну-у… я не знаю… — тоскливо протянула Кира, — и тут ей в голову пришла мысль от которой лицо ее просветлело. — Девчонки! А пойдемте втроем! Посмотрите на него, может он на кого-то из вас глаз положит! А то мне перед Дэном все-таки неудобно…
— И свиньи сыты и желуди целы! — хмыкнула рыжая красавица.
— Так и сделаем! — подвела итог дискуссии Лира.
*****
Настроение старшего помощника было паршивым. Как ни крути, а после последней прогулки по Адмиральской набережной угнетала его невозможность послать прекрасную целительницу куда подальше — хочешь не хочешь, а терять такой плацдарм, как стадион и полигон для экспериментов с Астральным Лазутчиком, причем в одном флаконе, да еще и расположенном в шаговой доступности от артефактной лавки Арэмэзда Зэрэзустра, на которого у Дениса имелись далеко идущие планы, было бы верхом самодурства, если не сказать волюнтаризма. Вот старший помощник и терпел. Правда, если называть вещи своими именами, то вел себя Денис с девушкой по-свински.
Не выказывая никаких претензий Кире по поводу ее, если опять же называть вещи своими именами — блядского поведения, вербально, то есть не выражая вслух никаких претензий, не кривя рожу, мило улыбаясь, не отказываясь, разумеется, от близости — кто же в трезвом уме и здравой памяти, не страдая простатитом и импотенцией, откажется трахнуть такую красавицу, сделал это старший помощник "по-солдатски", как средневековый ландскнехт в городе, отданном на три дня на разграбление, словно старый, суровый, свирепый и вонючий наемник с молоденькой дебелой купчихой, разложенной прямо в ее же лавке на москательных, или каких иных, товарах и отвернувшийся от нее сразу после использования, никоим образом не интересуясь получила партнерша хоть какое-то удовлетворение, не говоря уже об удовольствии, или нет, давая тем самым понять невербально, что относится к ней, как к шлюхе.
Ну и так, по мелочи — не позвал вместе перекусить после вечернего "солдатского" секса — мол, захочет — сама придет, не захочет — ее проблемы, утром не стал вместе с Кирой завтракать, дождался пока уйдет и только потом поднялся. Короче говоря — невербально демонстрировал неудовольствие, мягко говоря, а грубо лучше и не говорить, а прекрасная целительница все это молча глотала, что еще больше раздражало старшего помощника.
"Специально нарываешься, чтобы выгнала?" — вкрадчиво поинтересовался внутренний голос. Денис долго молчал, потом признался:
"Умом не хочу, но сердцу не прикажешь… Само как-то получается…"
"Ну-ну…" — уклончиво отозвался голос.
"А вообще-то уходить надо… — с досадой признался старший помощник. — А жаль…"
"А уж, как мне жаль…" — посочувствовал ему голос.
Тренировку Денис провел с ожесточением, чтобы заглушить усталостью поганое настроение — бежал на разминке так, будто за ним черти гнались — на разрыв аорты, растягивался так, что сухожилия трещали, а каты прокатывал так, будто сдавал экзамен где-нибудь в Шаолине на звание монаха первой категории. Помогало слабо — хмарь из души не уходила. Тренировка Астрального Лазутчика тоже веселья не добавила — как держался на ногах десять секунд, так и продолжил держаться, ни мгновением больше.
"Ну-у… на нэт и суда нэт…" — очень правильно заметил внутренний голос, когда носитель отправился на помывку.
"Ничо, — попытался сделать хорошую мину при плохой игре старший помощник. — Ща у Арэмэзда развеселюсь!" — тут надо честно сказать, что никакой уверенности в этом Денис не испытывал — как ни уговаривал себя, что поступает целесообразно, а чувствовал он себя альфонсом и от этого старшего помощника слегка корежило, а если называть вещи своими именами, то не слегка.
"Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился…" — вдруг ни с того ни с сего вспомнил классику голос.
"Ты это к чему?!" — насторожился старший помощник, никакого сочувствия от паршивца не ожидавший и даже вовсе наоборот — ожидавший какой-нибудь ехидной пакости.
"Это я к тому, — менторским тоном начал голос, — что ментальные страдания можно шунтировать физическими!"
"Поясни!" — снова не допер Денис.
"Ну-у… долбани молотком по пальцу, посильнее, — на полном серьезе посоветовал голос. — Сразу о всякой херне, вроде страданий по поводу альфонсизма, забудешь!"
"А не пошел бы ты с такими советами…" — вполне адекватно отреагировал старший помощник.
"Не хочешь долбануть, — невозмутимо продолжил голос, — понюхай портянку! Ну-у… или еще чего-нибудь, — развеселился голос. — Короче! — вдруг рявкнул он фельдфебельским голосом: — Нюхни, гнида, не западло в натуре!"
"Больше ничего не придумаешь?" — мрачно осведомился Денис.
"Это почему же!?! — обиделся голос за предположение о недостатке фантазии. — Вот пожалуйста — спробуй заячий помет — он ядреный, он проймет! Враз свою хуйню забудешь и отправишься в полет!"
"А полет-то откуда взялся!? — изумился старший помощник. — Ты это о чем, вообще!?!"
"Это я для рифмы…" — несколько смущенно признался голос.
