Холли полностью

— Да. Очень жаль, но в её возрасте всё работает с перебоями. Оливии Кингсбери скоро будет сто лет.

— Они стабилизировали её состояние, но у бедной старушки в придачу рак. По словам Барбары, он у неё уже много лет, но сейчас распространился на лёгкие и мозг. Барбара сказала ещё что-то, но из-за её слёз я не разобрала.

— Мне очень жаль.

— Она попросила меня обзвонить всех её друзей. Поедет в дом мисс Кингсбери вместе с сиделкой этой пожилой дамы, которая так же разбита, как и Барби. Переночуют там и, думаю, завтра заберут мисс Кингсбери домой. Пожилая дама сказала, что не хочет умирать в больнице, и я её понимаю.

— Для Барбары это очень взрослый поступок, — говорит Холли.

— Она хорошая девочка. Ответственная. — Теперь у Тани навернулись слёзы. — Она планирует остаться там до конца недели, если понадобится. Барбара сказала, что мисс Кингсбери ясно дала понять: если аритмия повторится, она не хочет возвращаться в больницу.

— Понятно. — Холли вспоминает свою мать, скончавшуюся в больнице. В одиночестве. — Передай Барбаре, что я её люблю. И поздравь с выходом в финал премии Пенли.

— Обязательно, Холли, но не думаю, что сейчас её это волнует. Я предложила зайти в больницу, но Барбара отказалась. Думаю, они с Мари — так зовут сиделку — хотят побыть наедине с мисс Кингсбери. Кажется, у неё больше никого не осталось. Она всех пережила.

Посыл звонка Тани ясен: Барбара недоступна, ухаживает за своей подругой и наставницей, Оливией Кингсбери. Но вернувшись в номер с двумя пачками сигарет, засунутых в карманы брюк-карго, Холли всё равно набирает Барбару. И сразу попадает на голосовую почту. Холли сообщает, что Таня всё ей рассказала, и если Барбаре что-нибудь понадобится, стоит только позвонить. И Холли жаль, что вслед за хорошими новостями пришли плохие.

— Я люблю тебя, — заканчивает Холли.

Она раздевается, чистит зубы пальцем с мотельным мылом (фи-и) и ложится на кровать. Лежит на спине, глядя в темноту. Разум никак не может отключиться, и Холли боится, что её ждёт бессонная ночь. Она вспоминает, что на дне её сумки завалялось несколько таблеток мелатонина, берёт одну и запивает водой. Затем проверяет сообщения в телефоне.

Этим вечером пришло только одно — от Барбары. Всего два слова. Холли садится на кровать и перечитывает их снова и снова. Тепло снова ползёт вверх по её спине. До этого Холли отправила Барбаре фотографию Кэри Дресслера в окружении команды по боулингу «Золотые Старички» с кратким сообщением: «Ты помнишь его?»

Судя по отметке времени, ответ Барбара отправила из больницы: Кого именно?

— Думаю, сегодня ты сможешь мне помочь, — говорит Родди, входя в спальню.

Эмили выдавливает болезненную улыбку. Принесённый им гамбургер — полусырой, как она любит — всё ещё лежит на ночном столике. Эмили осилила лишь один кусочек.

— Кажется, сегодня я даже не смогу встать с постели. Какая уж тут помощь. Тебе придётся справиться самому. Эта боль… беспредельна.

Родди держит поднос, накрытый салфеткой. Теперь он поднимает её, показывая Эмили бокал с чем-то молочно-белым, похожим на топлёный жир, с красными прожилками. Рядом лежит ложка.

— Приберёг для тебя.

Это ложь. На самом деле, Родди совсем забыл об этом. Он отыскал запас в морозилке, когда рылся в поисках полуфабрикатов «Стафферс», которые любит готовить на обед. Он осторожно разогрел пудинг из нутряного сала в духовке. Микроволновки убивают большую часть питательных веществ, это всем известно. Неудивительно, что так много американцев не здоровы; микроволновки следовало бы запретить законом.

Эмили пожирает коктейль своими запавшими глазами. Она протягивает руку.

— Дай сюда! Ты должен был дать вчера, бессердечный ты человек!

— Вчера мне не нужна была твоя помощь. Сегодня — нужна. Часть внутрь, часть снаружи, Эм. Ты знаешь правило. Пополам.

Родди протягивает ей бокал и ложку. Питер Стейнман не был сильно упитанным ребёнком и то, что удалось из него выжать, — на вес золота. Его жена быстро приступает к еде — ест в три горла, думает Родди. По её подбородку сбегает струйка жира с тоненькими волосками сухожилий. Родди ловко перехватывает её и возвращает в рот жены. Эмили обсасывает его палец, от чего в прежние времена макаронина в штанах Родди встала бы колом, но не сейчас, и ничего с этим не поделать. Виагра и другие препараты от эректильной дисфункции не просто вредны для мозга, они ускоряют работу хромосом. За каждый половой акт с помощью виагры вы теряете полгода жизни. Это доказанный факт, хотя фармацевтические компании, естественно, замалчивают его.

Родди выхватывает у Эмили бокал до того, как она успевает его опустошить. Чуть не роняет — вот была бы трагедия, — но хватает бокал прежде чем он успевает скатиться с кровати на пол и разбиться вдребезги.

— Повернись, я задёрну сорочку.

— Я могу сама. — Эмили задирает сорочку, обнажая морщинистые бёдра и тощие ягодицы. Родди начинает растирать остатки жира и сухожилий по её левой ягодице и внутренней стороне бедра, куда будто бьёт током этот мерзкий нерв. Эм тихо стонет.