Холли полностью

Спускаясь в подвал, Родди слышит густой храп. Он сомневается, что можно так храпеть и при этом притворяться. Тем не менее, следует соблюдать осторожность. Родди просовывает ручку швабры через заслонку и тычет ею в Бонни. Никакой реакции. Тычет ещё раз, чуть сильнее. По-прежнему нет реакции. Он наклоняется, держа шприц в одной руке, а другую просовывает через заслонку. Берёт Бонни за пальцы и вытягивает её руку наружу. Она хватает его за запястье… но слабо. Затем её пальцы разжимаются.

«С этой не стоит рисковать» – рассуждает Родди, втыкая иглу в запястье. Он вводит только половину содержимого шприца. Затем ждёт.

Через пять минут Родди набирает код на двери клетки, с мыслями, что если Бонни сможет оказать сопротивление после двойной дозы успокоительного, то она Супергёрл. Родди не помешала бы помощь Эмили, стоящей рядом с оружием, но сейчас она не в состоянии даже спуститься по лестнице. Было бы неплохо установить подъёмник, но они никогда даже не обсуждали эту возможность. И как объяснить рабочим наличие клетки в дальнем конце подвала? Или щеподробилку?

Но проблем не возникло – Бонни Даль не Супергёрл, она в отрубе. Родди берёт её за руки и тащит по полу к маленькой двери рядом со стеной с инструментами. В соседней комнате пятидесятигалонный пластиковый пакет подсоединён к гибкому рукаву щеподробилки. Посреди комнаты стоит операционный стол. Здесь тоже есть инструменты, но лабораторные и хирургические.

Последняя часть этой операции – так сказать, операции перед операцией – самая сложная: положить бессознательную девушку на стол. Родди умудряется поднять сто сорок фунтов её веса, его спина трещит, а бёдра горят от боли. На какое-то ужасное мгновение ему кажется, что он сейчас её уронит. Но он вспоминает об Эм, лежащей в постели подтянув ногу, с выражением невыносимой боли на лице, и усилием воли взваливает Даль на стол. Она чуть не скатывается с другой стороны, что стало бы полным абсурдом. Родди хватает её одной рукой за волосы, а другой – за ногу и тянет назад. Она издаёт хриплый гортанный стон, произнося что-то вроде «мама». Родди думает, как же часто под конец они зовут мать, даже если она дерьмовая. Так делал и пацан Стейнман. Хотя нужда в нём возникла только потому, что они с Эмили не догадывались, насколько Эллен Краслоу предана своим тупым веганским убеждениям.

Родди наклоняется, тяжело дыша, надеясь, что у него не случится сердечный приступ. «Всё-таки нужно сделать лифт», – думает он. Но объяснить монтажникам лифтов наличие клетки для скота будет не проще, чем монтажникам подъёмников. Когда сердце немного успокаивается, Родди стягивает запястья и лодыжки Бонни хомутами. Затем расставляет подносы для её органов, берёт скальпель и начинает срезать с неё одежду.

1

В своих молитвах Холли дошла до момента, когда говорит Богу, что скучает по Биллу Ходжесу, и тут вселенная бросает ей ещё одну верёвку.

Она слышит рингтон своего телефона. Номер незнакомый и Холли почти сбрасывает звонок, ожидая, что это какой-нибудь парень из Индии, предлагающий ей продлить гарантию на машину или продающий невероятное лекарство от ковида, но в данный момент она ведёт дело – идёт по следу, – поэтому отвечает, готовая отключиться в ту же секунду, как ей в уши польётся словесный поток.

– Алло? Это Холли? Холли Гибни?

– Это я. Кто спрашивает?

– Рэнди. – И добавляет, будто сам в этом не уверен: – Рэнди Холстен. Ты спрашивала о Томе. И его девушке – Бонни.

– Точно.

– Помнишь, ты просила позвонить, если я что-нибудь вспомню?

Холли не думает, что Рэнди пьян, но подозревает, что он немного принял на грудь.

– Да, просила. И что же?

– Что именно?

«Терпение», – думает Холли.

– Ты что-нибудь вспомнил, Рэнди?

– Ага, но, наверное, ничего интересного. Помнишь, я был на той вечеринке? В канун Нового Года, и сильно напился…

– Так ты сказал.

– Так вот, я сидел в кухне, поближе к пиву. Зашла эта Бонни, и мы немного поболтали. Она была не совсем пьяна, но поддатая, выруливала зигзагами, если ты понимаешь о чём я. В основном болтал я – как всегда, когда под мухой, а она в основном слушала. Думаю, она пришла, чтобы скрыться от Тома, помнишь я говорит тебе об этом?

– Помню.

– Но она кое-что сказала. Я вспомнил об этом после нашего разговора в «Старбакс». Не собирался тебе звонить, но потом подумал: какого чёрта.

– Так о чём речь?

– Я спросил, чем она занималась во время рождественских каникул, и она ответила, что была эльфом. Я такой: «Что?» А она говорит: «Я была рождественским эльфом». Это имеет какое-то значение, нет?

Холли вспоминает фразу из «Империя наносит ответный удар».

– Всё значение имеет своё.

Рэнди гогочет.

– Йода! Ништяк! Ты крутая, Холли. Слушай, если когда-нибудь захочешь прошвырнуться, взять бургер и повтыкать киношку…

Холли благодарит его, обещает подумать над предложением, и отключается. Молитву она заканчивает на автомате.