Холли полностью

– Этому табу меньше трёхсот лет, и даже сейчас многие племена – я бы добавил, долгоживущие племена – с удовольствием употребляют человеческую плоть.

– Родди, сейчас не время…

– Знаешь ли ты, сколько калорий содержится в организме взрослого человека среднего веса? Сто двадцать шесть тысяч! – Голос Родди поднимается до пронзительного визга, знакомого многим студентам в былые времена по урокам биологии и диетологии. – Плоть и кровь здорового человека излечивают эпилепсию, излечивают боковой амиотрофический склероз, излечивают ишиас! Жир здорового человека лечит отосклероз, основную причину глухоты, а капли тёплого топлёного жира, будучи закапаны в глаза, удивительным образом лечат макулярный…

– Родди, хватит!

Он бросает на Эмили строптивый взгляд.

– Человеческая плоть обеспечивает долголетие. Взгляни на нас, если у тебя есть какие-то сомнения. Нам почти по девяносто, а мы бодры и здоровы!

Холли гадает, бред ли это, вызванный болезнью Альцгеймера или он просто рехнулся? Может, и то и другое. Она только что видела, с какой осторожностью они спускались по лестнице, преодолевая одну ступеньку за раз. Как вазы эпохи Мин в облике людей.

– Ближе к делу, – говорит Эмили. – Кому ты рассказала? Кто знает, что ты здесь?

Холли молчит.

Эмили кривит рот в улыбке.

– Прости, я не то сказала. Никто не знает, что ты здесь, по крайней мере в настоящее время, иначе они бы уже явились за тобой.

– Полиция, – уточняет Родди. – Копы. Легавые. – Он даже произносит «вшух-вшух-вшух», покрутив в воздухе скрюченным пальцем.

– Прости моего мужа, – говорит Эмили. – Он расстроен и потому много болтает. Я тоже расстроена, но мне любопытно. Кто может знать, что ты здесь?

Холли молчит.

Эмили поднимает бутылку с водой.

– Наверное, ты хочешь пить.

Холли молчит.

– Скажи, кому ты рассказала… если вообще кому-то рассказала. Может, и нет. Об этом говорит тот факт, что никто не пришёл тебя искать, и говорит довольно убедительно.

Холли молчит.

– Пойдём, – говорит Эм Родди. – Нам опять попалась упрямая сучка.

– Ты не понимаешь, – обращается Родди к Холли. – Никто не понимает.

– Может, дадим ей несколько часов на размышление, любовь моя?

– Да, – отвечает Родди. Пелена с его разума сошла, по крайней мере, частично. – Если только кто-нибудь не придёт. Тогда нам не понадобится её помощь, я прав?

– Да, – говорит Эмили, – в таком случае не понадобится.

– Я всё равно умру, буду я говорить или нет, – произносит Холли. – Разве не так?

– Не обязательно, – отвечает Эмили. – Я думаю, у тебя нет никаких доказательств. За ними ты и пришла сюда. Сфотографировала наш фургон, но твоего телефона больше нет. Без доказательств мы, возможно, могли бы отпустить тебя.

«Будто этой клетки не существует», – думает Холли.

– С другой стороны… – Эмили поднимает руку, демонстрируя повязку. – Ты причинила мне боль.

Холли думает, не приподнять ли рубашку, показав синяк, и сказать: «Ну, в этом мы квиты». Но сдерживается. Она говорит:

– Я думаю, у тебя найдётся, чем это подлечить.

– Уже, – оживлённо отвечает Родди. – Припарка с жиром.

«От Бонни Даль», – думает Холли. В ту же секунду она осознаёт всю правду и отчасти падает духом.

Эмили держит бутылку с водой.

– Скажи мне то, что я хочу знать, и получишь это.

Холли молчит.

– Ладно, – произносит Эмили с грустью, но совершенно неубедительно. – Признаюсь: ты скорее всего умрёшь. Но ты хочешь умереть от жажды?

Холли не верится, что она до сих пор ещё дышит, и она ничего не отвечает.

– Пойдём, Родди, – говорит Эмили, ведя его обратно к лестнице. Родди послушно следует за ней. – Ей нужно немного времени на размышление.

– Да. Но не слишком много.

– Нет, не слишком. Наверное, ей ужасно хочется пить.

Харрисы поднимаются по лестнице так же осторожно, как спускались. «Падайте, – мысленно призывает Холли. – Падайте! Споткнитесь и сверните себе шеи!»

Никто из них не падает. Дверь между верхним миром и подземной темницей закрывается. Холли остаётся наедине со своей гудящей головой, прочей болью и жаждой.

8

Девять часов утра – кипучее время на Ридж-Роуд и в других местах. В девять Эмили зовёт Родди с крыльца, чтобы поговорить с Холли в подвале. В этот же час Пенни Даль разговаривает с Шоной и Питом Хантли, а затем оставляет голосовые сообщения для Джерома и Барбары Робинсон.