Пенни поднимается, берёт свой телефон и вновь набирает Холли. Снова срабатывает голосовая почта. Она вспоминает, как росла её тревога, когда она пыталась дозвониться до Бонни и натыкалась на автоответчик. Она пытается убедить себя, что это не то же самое, всему есть разумное объяснение. Прошло всего шесть часов с момента назначенной встречи, но в три часа ночи в уголках её разума появляются неприятные тени, и некоторые из них с зубами. Жаль, что помимо номера, указанного на сайте агентства, у Пенни нет личного номера партнёра Холли. Только личный номер самой Холли и номер офиса «Найдём и сохраним». Значит, ей не повезло, да? К тому же, кто оставляет телефон включенным в столь неурочный час?
У Пенни появляется одна мысль, и она заходит на сайт «Найдём и сохраним». Там указаны имя партнёра и телефонный номер его офиса, а также список услуг и часы работы: с 9 утра до 16 вечера, как в банке Пенни. Внизу страницы сказано, что
Пенни не решается звонить 911; там посмеются над ней. Если, конечно, кто-нибудь вообще ответит. Но номер для внеурочных звонков – почти наверняка справочная. Пенни набирает его. У ответившей женщины сонный голос и прерывистый кашель. «Кто-то работает на дому, даже во время болезни», – думает Пенни.
– Справочная служба «Брэйден», с кем вы хотите связаться?
– С «Найдём и сохраним». Меня зовут Пенни Даль. Мне нужно поговорить с одним из партнёров. Его зовут Питер Хантли. Это может быть срочно. – Подумав, Пенни добавляет: – То есть, это и есть срочно.
– Мэм, мы не можем выдавать личные номера…
– Но они у вас есть, да? На случай чрезвычайных ситуаций?
Женщина из справочной службы не отвечает. Если не считать кашель ответом.
– Я звонила Холли Гибни, второму партнёру. Звоню без конца. Она не отвечает.
Женщина из справочной кашляет. Слышен шелест страниц. «
– Я передам ему ваш номер. Вернее, оставлю на голосовой почте. Сейчас полчетвёртого ночи.
– Я знаю. Передайте ему, чтобы позвонил Пенелопе Даль. Пенни. Мой номер…
– Он высветился у меня на экране. – Женщина снова кашляет.
– Спасибо. Огромное спасибо. И, мэм, поберегите себя.
Через двадцать минут, не дождавшись звонка Хантли (по правде говоря, Пенни не очень-то и надеялась), она возвращается в постель, положив телефон рядом с собой. И засыпает. Ей снится возвращение дочери. Пенни заключает её в объятия и клянётся никогда больше не вмешиваться в её жизнь. Её телефон так и молчит.
3
Холли не приходит в сознание, а выплывает из небытия и погружается в мир боли. Она лишь однажды в жизни испытывала похмелье – неудачно проведённая новогодняя ночь, о которой она не любит вспоминать, – но по сравнению с этим оно кажется пустяковым. Её мозг словно кровавая губка в костяной коробке. Пятая точка пульсирует. Будто стая ос-убийц вонзила свои ядовитые жала ей в спину и затылок. Рёбра с правой стороны болят так сильно, что трудно вздохнуть. Глаза закрыты; Холли осторожно ощупывает их. От этого боль усиливается, но глаза, похоже, целы.
Холли открывает глаза, пытаясь понять, где находится, и её голову пронзает острая боль, несмотря на то, что свет в подвале Харрисов приглушён. Холли задирает рубашку с правого бока. От этого осиные укусы взрываются болью, и ещё одна вспышка боли пронзает её голову, но Холли отчётливо видит – лучше, чем ей хотелось бы – огромный синяк, почти весь фиолетовый, с чёрным пятном сразу под лифчиком.
Следующая мысль:
Холли в клетке. Перекрещивающиеся прутья образуют квадраты. За ними подвал с цементным полом и большим стальным ящиком в дальнем конце. Клетка установлена в помещении, похожем на мастерскую. Над клеткой сверху вниз смотрит объектив камеры. Перед решёткой стоит стул – значит, Пожарный ей не привиделся. Он сидел прямо здесь.
