Это наводит её на мысль, что нужно спросить у Пенни про одежду Бонни. Пропало ли что-то из её гардероба? Возможно, у неё был припасён чемодан с вещами, например, у её подруги Лэйкиши? Холли достаёт блокнот и делает соответствующую пометку. Она позвонит сегодня вечером, попытается назначить встречу с Лэйкишей на следующий день, но важные вопросы прибережёт для личной встречи.
Холли ополаскивает тарелку и ставит её в посудомоечную машину – самую маленькую модель «Маджик Чиф», идеально подходящую для одинокой женщины, в жизни которой нет мужчины. Она возвращается к столу и закуривает сигарету. По мнению Холли, это идеальное завершение трапезы. А ещё это помогает дедуктивному процессу.
– Это опасно, – говорит она своей пустой кухне.
«Звенят» серебряные колокольчики, а это значит, что кто-то звонит ей на личный номер (на рабочем стоит стандартный ксилофон «Эппл»). Холли ожидает услышать Джерома, забывшего ей что-то сказать, но это Пит Хантли.
– Ты была права насчёт Иззи. Она с радостью поделилась со мной тем, что узнала о кредитке и телефоне Даль. По «Визе» никакой активности. По счетам «Веризона» – тоже. Из ещё раз проверила списания за последние десять дней. Ничего. Последней покупкой по кредитной карте были джинсы с «Амазон» 27 июня. Изабель говорит, что если звонишь на телефон Даль, больше нельзя оставить голосовое сообщение – робот просто сообщает, что лимит исчерпан. И нет никакого способа отследить телефон.
– Значит, Бонни или кто-то другой вынул SIM-карту.
– Это точно не из-за неуплаты. Телефонный счёт был оплачен 6 июля, через пять дней после исчезновения девушки.
– Это «НорБэнк»?
– Ага. Как ты узнала?
– Там работает её мать. Или работала, пока некоторые филиалы не закрылись. Говорит, что ожидает возвращения на работу, когда они снова откроются. Сколько денег на счету Бонни Даль?
– Я не знаю, потому что этого не знает Изабелла. Для получения этой информации требуется постановление суда, и Из не видит смысла его запрашивать. Я тоже. Это не так уж важно. Ты знаешь, что действительно важно, да?
Холли знает, всё верно. С точки зрения фининсов, Бонни Рэй Даль приказала долго жить. Вероятно, ужасная метафора в данных обстоятельствах.
– Пит, ты звучишь лучше. Не так сильно кашляешь.
– Я и
– Ложись пораньше. И пей побольше жидкости.
– Спасибо, медсестра.
Холли заканчивает разговор и закуривает ещё одну сигарету. Она подходит к окну и смотрит наружу. До темноты ещё несколько часов, но солнечный свет приобрёл вечерний оттенок, который всегда вызывает у неё легкое чувство печали.
– Она обокрала меня, – бормочет Холли. – Украла трастовый фонд, который я получила от Джейни. Не всё, но большую часть. Моя собственная мать.
Холли говорит себе, что это в прошлом. А Бонни Рэй Даль, возможно, всё ещё жива.
Но.
Никакой активности по «Визе». С её телефона не было сделано ни одного звонка. Холли предполагает, что обученный секретный агент – один из «джо» в романах Джона Ле Карре – мог бы вот так ускользнуть, порвав все связи в современном обществе, как змея сбрасывает кожу, но двадцатичетырёхлетняя библиотекарша колледжа? Нет. Не «вряд ли», а просто «нет».
Бонни Рэй Даль мертва. Холли знает это.
3
У Холли есть смутное (и совершенно ненаучное) представление о том, что физические упражнения могут частично компенсировать вред, который она наносит своему организму, снова начав курить, поэтому после разговора с Питом она совершает двухмильную прогулку в сгущающихся сумерках и оказывается в южной части парка Дирфилд. Игровая площадка полна детей, которые раскачиваются на качелях, катаются с горки и свисают вниз головой с брусьев. Холли нескромно наблюдает за ними, что не сошло бы с рук ни одному мужчине в наш век сексуальной сверхосторожности, сознательно не думая о своём новом деле, подсознательно не думая ни о чём другом. У неё возникает ноющее чувство, будто она что-то забыла, но отказывается вспоминать. В любом случае, рано или поздно оно даст о себе знать.
