Хольмградские истории полностью

– Именно, именно. За прудом, на той стороне парка у меня есть небольшой домик. Как раз то, что вам нужно. Тихо, уютно и спокойно. После шума и грохота на заводе идеальное место для отдыха.

И ведь уговорил, черт языкастый… Да я и не особо сильно отнекивался, понимаю же, что без внимания и присмотра барон меня не оставит. По крайней мере, в первое время… Так почему бы и не облегчить жизнь его соглядатаям?

Но первую ночь в Роскилле я все-таки провел в приготовленных прислугой Эстридсена покоях усадьбы. Негоже обижать хозяина, отвергая его гостеприимство. Тем более когда у него имеется такой великолепный винный погреб…

Барон уехал в столицу через неделю после нашей первой встречи. За это время я успел ознакомиться не только с самим заводом, но и с построенными для будущих рабочих домами, похожими на некую странную помесь казармы с таунхаусом, и со складами, уже забитыми поставленными из Руси комплектующими. Ну да, производство начнется с отверточной сборки, поскольку, во-первых, иначе ничего толкового не выйдет, здесь пока нет нужного уровня производства, ни тем более ее культуры, так что пусть уж сначала здешние рабочие научатся правильно гайки крутить… ну, а во-вторых, признаюсь честно, я совсем не горю желанием заниматься налаживанием производства тех же двигателей в Нордвик Дан. Повторять ту же историю по второму кругу? Ну его на фиг… В крайнем случае, если перекроют кислород, продам лицензию кому-нибудь из здешних дельцов, пускай возятся.

Но в бочке меда хороших новостей не обошлось и без ложки дегтя. Помощники Эстридсена оказались совершенно безынициативными людьми. Стоило случиться малейшей заминке, не укладывающейся в их инструкции, как эти господа застывали на месте сусликами, после чего, с жалобным блеянием бежали к начальству. А работы, само собой, тут же останавливались. Тьфу ты. Да один пример с бочками машинного масла чего стоил? Прислали из Хольмграда рецептуру, одно из предприятий недоброй памяти герцога Гогенштауфена приняло продукт в разработку и вскоре поставило в Роскилле первую партию ГСМ. Вот только Зееланд все-таки остров, и огромное количество товаров, включая и некоторые продукты питания, идут сюда с материка. В общем, где-то при переброске наших бочек из вагонов на корабль, или при разгрузке в порту, возникла путаница, и наш завод вместо десяти тонн ГСМ получил замечательнейшее оливковое масло… Думаете, получивший информацию об этом эксцессе управляющий складами принялся решать проблему? Как бы не так. Он записался на прием к управляющему завода и уже там возмущенно вывалил на того «все, шо накипело»… через три дня после происшествия. А в тот момент до открытия завода и запуска станков оставалось чуть больше недели. Нет, если бы не возня с размещением приехавших-таки трехсот рабочих с Руси, возможно, управляющий и принял бы своего подчиненного в тот же день, когда произошло это недоразумение с маслом… но зачем, вообще, нужно было устраивать эту канитель, если у начальника скалдов достаточно своих полномочий? Собственно, он и нужен для того, чтобы решать проблемы с материалами, запчастями и поставками, а вовсе не для того, чтобы блюсти их сохранность. Этим пусть сторожа занимаются.

– А учет? Я же должен быть уверен, что мои подчиненные не напортачили в книгах. А это значит, ежедневные проверки наличия материалов и деталей на складе, сверка с журналами учета по количеству и номенклатуре… – возмутился тот, когда я высказал ему в лицо, что именно думаю о его выкрутасах.

– Это значит только одно, господин Роттнер, что вы несостоятельны в роли начальника, – рыкнул я. Ну достали меня здесь педантичные идиоты, ставящие делопроизводство выше реальной работы.

– Кха… как?! – Побледнел хозяин складов.

– Вот так. Если начальник вынужден проверять работу набранных им же подчиненных, значит это никудышный начальник. Ваша задача – организовать дело так, чтобы складское хозяйство можно было принять за механизм моих «Брюнно» – качественный, точный и безотказный, как лом!

– Но… – начал было Роттнер и… заткнулся, напоровшись на холодный взгляд управляющего, в кабинете которого, собственно, и происходил этот разговор.

– Извольте решить эту проблему, господин начальник склада, – процедил хозяин кабинета, вручая Роттнеру его же собственную служебную записку с жалобой на перевозчиков. Тот схватил бумагу толстыми, поросшими белесыми волосками пальцами и, попятившись задом, вывалился за дверь.

– Прошу простить меня, ваше сиятельство, за этого болвана. – Вздохнул управляющий, едва за начальником складов закрылась дверь.

– Я-то прощу, но до первого повтора. – Хмыкнул в ответ и, заинтересованно взглянув на собеседника, спросил: – Вы же видите, что он идиот, почему же…

– К сожалению, не я принимал на работу господина Роттнера, – с деланно-печальным вздохом управляющий развел руками.

– Ах, вот оно что… – протянул я. – Боитесь ставить палки в колеса протеже моего компаньона?