Мы ещё долго сидели за столом, обсуждали разные дела, в том числе вопрос переезда в крепость. Я настаивал на том, что надо поторопиться и уже начинать перевозить больных. Гордей поддержал меня. А вот Ярослав беспокоился о том, что наш переезд вызовет массу негодования у городского населения, и негодование это может перерасти в бунт.
За окном начало темнеть, но никто не хотел расходиться. В столовой было тепло, а в компании — веселее, чем в одиночестве, особенно в столь трудный и скорбный час.
Нас отвлекли крики на улице. Послышалась стрельба, топот копыт. Мы вскочили с мест и подбежали к окнам. В это время по дороге мимо особняка проскакала группа всадников с факелами. Было сложно их разглядеть, но все поняли: в городе хозяйничают кочевники.
— Игнат! — крикнул Ярослав слуге. — Живо за конюхом.
— Так ведь захворал конюх, — запыхавшийся Игнат вбежал в столовую.
— Тогда иди к дружине. Скажи десятникам, чтобы собрали всех, кто может держать оружие в руках. И слуги пусть телеги готовят. Едем в крепость.
— Велите поднимать дружину, Даниил Святополкович? — пробасил Гордей.
— Да. Всех собирай. И пусть лошадей седлают.
Я и Даша побежали вниз, накинули плащи и вышли из здания, Ярослав ковылял за нами, опираясь на трость. Ворота были закрыты, и противник не мог прорваться внутрь. Всадники с гиканьем скакали по улице и рубили всех, кто попадался на пути. Судя по звукам, кто-то бил окна в доме напротив.
Город мы потеряли — в этом уже никто не сомневался. Теперь главное — успеть перебраться под защиту крепостных стен, прежде чем враг займёт улицы. Нас было слишком мало, чтобы оказать значительное сопротивление.
Распахнув ворота, мы наткнулись на отряд всадников. Их чешуйчатые лица в свете факелов выглядели ещё более зловещими, нежели днём. Противников оказалось немного — всего лишь шестеро.
В темноте замелькали вспышки магических снарядов. Пятеро чешуйчатых рухнули на дорогу, лошади истерично ржали, три из них упали в снег и стали брыкаться, две ускакали без седоков. Последний «дракон» блокировал фиолетовую сферу Ярослава огненной вспышкой и послал в нас сгусток пламени. Я выставил на пути ледяной барьер. Даша метнула град каменных осколков, и противник оказался на снегу под убитой лошадью. Выбраться не успел — получил очередной заряд осколков и фиолетовую сферу. Сфера попала ему в лицо, кожа мгновенно оплавилась, и чешуйчатый, испустив предсмертный хрип, умер.
Тут подоспел Гордей с отрядом дружинников. Набралось человек десять — не так много, но сейчас каждый был на счету.
Сборы заняли час или даже больше, и всё это время мы караулили ворота — единственный въезд, не позволяя противнику напасть на особняк. Специально не стали закрывать, чтобы убить как можно больше врагов, которые, конечно же, ломанутся внутрь.
Прискакал ещё один отряд — человек десять. Дружинники, расположившиеся на первом этаже возле окон, дали залп, затем на врага обрушились магические снаряды. Отряд выкосило в считанные секунды. Нескольким чешуйчатым всё же удалось бежать, и вскоре явилась группа побольше.
Новоприбывшие ринулись в ворота, стреляя на скаку, но и эти попали под мушкетный огонь и чары. Несколько чешуйчатых повалились в воротах, ещё пяток прорвался на территорию. Среди них оказались два пироманта. В нас полетели огненные сгустки, но все они попадали в стены. Когда один из пиромантов пал под магическими ударами, а остальные кочевники были обстрелян с ближней дистанции из пистолетов, второй пиромант развернулись и пустились наутёк, а вместе с ним отступила и вся орда. Наверное, подумали, что не стоит лишний раз рисковать головой, когда вокруг полно всего.
Наконец телеги были готовы, а в них погружены лежачие больные и самые необходимые вещи. Теперь предстояла, как мне думалось, наиболее сложная часть операции: путь в крепость.
Мы с Дашей и Ярославом поскакали первыми. На ближайшем перекрёстке разогнали группу чешуйчатых грабителей. Двинулись дальше, но на обоз напали. Мы втроём отправились отбивать атаку. Оказалось, кочевники выскочили с боковой улицы. Выхватив саблю, я на всём скаку налетел на первого подвернувшегося под руку вражеского бойца. Завязалась драка. Двух противников я заморозил, третьего зарубил. Оставшиеся бежали.
Мы продолжили наш путь во тьме, который казался бесконечным, хотя расстояние было невелико. Более десятка телег петляли по узким ночным улицам, и я то и дело оборачивался, чтобы проверить, всё ли в порядке. Постоянно чудилось, что противник где-то рядом и вот-вот нападёт.
Дорога выходила на обрывистый берег, впереди показались ворота равелина и приземистые бастионы форта, тускло освещённые редкими фонарями. Крепость от города отделял заполненный водой ров. Через ров к равелину вёл каменный мост.
