– Да, Чукча, ты уж будь ласков, – я помассировал виски, прикрыв глаза. – Продолжай, пожалуйста, – открыв их, я вновь сосредоточился на мелком.
Докладчик вздохнул и ещё раз одарил меня взглядом сожаления, прежде чем продолжить рассказ.
– Поскубались оне с местными авторитетами из-за денежек, ну тех, что к общественности перейти должны были, но утайке подверглись, – пролил он свет на начало решения проблемы с обеспечением. – Лютый жадюга, аднака, Морозом кликали которого, – уточнил повествователь. – Дык, упокоился оный жадина, скорёхонько после замечания-то, Сивым предоставленного! А новые супостаты криминальные, – продолжил он, пользуясь тем, что я не могу перебить Рыжего, из-за попытки фильтрации событий. – Новые-то, оные жутко обрадывались и всё рассказали о продовольствии. Денег ещё с драгоценностями отсыпали. Ух! – рыжий восторженно всплеснул лапами. – Ух! До чего те побрякушки красивые, аднака! – тут он сделал вынужденную паузу, чтобы набрать воздуха в грудь, ну или куда там его тараканы набирают.
Я почесал затылок, сам начиная по-тихому офигевать от услышанных новостей с разборками в криминальных кругах.
– Потома, значится… Э-ээм, – тут он отмахнулся, словно ничего интересного в эпизоде не увидел, – Вы отметили решение проблемы, аднака, да, как и положено, ведь она особливо важной оказалась, – продолжил вещать о победах усатый повествователь, не дав мне опомниться. – Головы троих супостатов в узелки из холстины упаковали и…
– Чьи головы? – поинтересовался я на чистом автомате, начиная переходить разумом в фазу слушающей сомнамбулы.
– Ну… Этих, лиходеев, аднака, – рыжий отмахнулся. – Мороза и интендатских-то, – пояснил он мне, назвав шокирующие детали. – Когда узнали у воров, где могут скрываться и находиться ироды окаянныя, так и прошли туда по подземельям холодным. Очень замёрзли, аднака, ну и украденное отыскали, и накладные поделочные…
– Поддельные, – поправил я мелкого, заодно подступая к состоянию панического приступа.
– Да, аднака, их самых, – Чукча быстро согласился с моим автоматическим замечанием. – Их вы достали, затема, с количеством сворованных денег определилися, и всё возвернули подводами гружённами, к нашему эшелону, а сами-то, задержалися… Как я и говорил, отрезав, – он наморщился. – Фу! Отрезав головы этим господам – Нарышкину Эдмонду Серафимовичу и Братиславскому Мадриду Оттовичу! Да и послали вы их, отдельным подарком, ну это потом уже… К этому, – Чукча снова напрягся, а я уже прошёл очередную стадию психоза от его повествования. – Ну, как уж? А! К Вяземскому, Александру Борисычу! – Выдал он очередную порцию информации и прервался, запыхавшись.
– А потом? – произнёс я, почти обессилев от вихря эмоционального перенапряжения.
– Моя повторяться начинает, аднака, – Чукча развёл лапами, мол я невнимательный к его рассказу. – Празднавали вы, аднака! Хорошее застолье организовали и всех злодеев из авторитетных бандитчиков в гости призвали, – пояснил он. – Они прониклися уважением к хозяине, и к твоим ближникам, к Сивому с Барри, – деловито уточнил мелкий. – И ещё подарков сделали, когда вернулись от эшелона. Ну, опосля передачи подводов продовольственных девушкам благородным и голов интенданту. Тому-самому, который враз обрадовался новостям хорошим с головами и убежал готовиться к вашей встрече. Очень долгожданной, наверное! – Рыжий с гордостью добавил ещё немного ужасающих подробностей из моего алкогольного коматоза.
– Есть ещё что? – отрешённо прошептал я.
– Канешна, хозяина, – радостно среагировал рыжий. – Провожали вас люди с почтением, и просили впредь предупреждать о визитах! Н-да-а, моя так мыслит, что они стесняются быть неготовыми, – выдал он с чувством гордости. – Интендант эшелона, который вас дожидаться стал, письмо в ответ на ваш ульт… Уль-ти-ма-а-тум! На ультиматину вашу, оный поручик, который Вяземскай, ответ дал, в коем благодарил и всё в точности исполнить обещался! – продолжилась моя пытка рассказами безжалостного узурпатора.
– Э-м… А что там, ну в ультиматуме том было сказано? – поинтересовался я с надеждой, так как понятия ничего об этом не имею. – Ты, часом, не читал?
– Читал! – кивнул Чукча головой, а ещё и усами добавил.
– И-и-и? – протянул я вопросительно и проявляя крайнее нетерпение. – Не томи уже, а! Ты же видишь, как меня колбасит от всей этой эпопеи!?
– Как чево? – изумился усатый. – Аднака, хозяина обсказал интенданту о безобразии с махинациями продовольственными, значится, – тут докладчик задумался, припоминая важные моменты письма. – Рекомендация была, обсказать заинтересованным, что это с подачи его самого, поручика Вяземского, производилось задержание. Ну и казнь, согласно военного трибуналу по законам времени военного. Он и согласился, коли уж всё сделанное оказалося. Сам заверил, что доклад правильно состряпает по этому поводу, и куда положено отправит. Рапорт, опять же, об успешной борьбе сварганить обещался… Ну и прибавил, что к ним явилися проверяющие со столицы, так как Собрание Благородного Общества Магов Вольников постановление сделало, которое дошло до кого надо…
