— Мы все молим господа, чтобы так и было, — вытерла слезы Хилари. — Только три дня назад оттуда опять привезли целый шаттл раненых! Что именно произошло — никто не знает, Бюро засекретило всё, что имеет отношение к Реактору, а правительство пичкает нас туманными обещаниями. Но люди говорят, что была предпринята попытка добраться до какого-то аварийного выключателя в центре ХААРПа, и оказалось, что там теперь живут мутировавшие птицы чуть ли не со всей Австралии, для них это вроде как лес! Никто не смог пройти и полукилометра внутрь этого самого леса из антенн, монстры заклевали всех насмерть! Их там было сто тысяч, этих мутантов!
— Это ерунда! — Майк сделал вид, что смеется. — Я видел птиц над Реактором. Твари, конечно, уродливые и злобные, но их тогда было не больше сотни, а теперь и вовсе единицы, потому что Воронка свернулась прямо над ними. При минус ста сорока никто не выживает, а тогда ударило ниже минус ста шестидесяти по Цельсию!
— Ну, может, оно и так, — согласилась Хилари. — Тебе, конечно, виднее, сынок. Только правительство срочно выдало сразу несколько арктических госзаказов! На всякие броневики с электродвигателями и усиленной теплоизоляцией, оружие, снаряжение, одежду и даже вертолеты! Ферпоссоны недавно устроили зятя на военный завод, он рассказывал, что там идут работы в три смены и платят очень солидно! Я подумываю разослать резюме на все такие предприятия, может, удастся заполучить место! И за тебя я тоже пошлю, пусть подумают хорошенько над твоей кандидатурой, им же нужны настоящие эксперты!
Увлеченная новой идеей, Хилари заметно успокоилась, и их дальнейший разговор протекал на позитивной ноте. Ушла она спустя час, когда заглянувший в палату врач безапелляционно заявил, что больному пора спать, и указал ей на дверь. Получив порцию уколов, Майк заснул и увидел во сне Лив. Проснувшись наутро, он поймал себя на мысли, что с момента нападения мутантов в Могильнике ни разу про неё не вспомнил. И Хилари вчера ни словом о ней не обмолвилась. Однако сейчас ему остро захотелось её увидеть.
Нужно проверить почту, она же ответила на его письмо! Вытребовав у врача доступ к сети, Майк залез в свой почтовый ящик, но ответа от Лив там не оказалось. Скорее всего, она не рискнула доверить свои чувства столь ненадежной среде, как Интернет, и ответила ему бумажным письмом. Это наиболее логичное объяснение, ведь Лив тонкая и романтическая натура, она с радостью последовала его примеру. Значит, ответ должен был прийти по указанному на фирменном конверте обратному адресу, то есть в офис Гуманитарной Миссии. Майк с трудом удержался от того, чтобы немедленно позвонить Джеймсу. Но к обеду старый полярник сам появился в больнице.
— Майк, сынок! — Стучащий протезом старик подошел к кровати и осторожно обнял Майка. — С возвращением! Я прочел твое имя в сводках спасенных! Знай, парень, я горжусь тобой! Ты в первую же вахту столкнулся с Холодом во всем его коварстве и ярости, но выжил и вернулся! — его взгляд упал на неестественно усохшую руку Майка. — Что у тебя с рукой?
— Нерв омертвел, — криво ухмыльнулся Майк. — Пока решили не ампутировать. Но если загниет…
— Вот дерьмо! — в сердцах выругался Джеймс. — Как же так тебя угораздило… Мутанты? Воронка?
— Всё сразу, и неоднократно. — Майк болезненно зажмурился. Врачи посадили его на сильные, стабилизирующие психическое состояние препараты, и галлюцинации прекратились, но ночью ему иногда всё ещё снились кошмары, в которых он заново переживал те жуткие события. — Не повезло.
— Не повезло твоей вахте, сынок! — возразил старик. — Вас всего четверо, тех, кто выжил! Двести с лишним человек забрал к себе Холод, а ты выстоял! А рука — не голова, справишься и без неё. Как только выпишешься, приходи в Миссию, я всё ещё держу твое место вакантным. У нас сейчас челноки ходят втрое чаще, спрос на меховые наряды растет! Ходили бы и ещё чаще, хоть каждый день, да дикари начинают игнорировать челноки, если мы становимся слишком назойливыми, Холод бы их побрал!
— Джеймс, как там Лив? — не вытерпел Майк. — Она спрашивала обо мне? В офис пришло от неё письмо для меня? Оно должно быть в официальной бумажной почте!
— Писем не было. — Счастливое выражение сползло с лица старика. — Нам уже полгода не приходило никаких бумажных писем. А её я почти не вижу, — Он отвел глаза в сторону и посмотрел в больничное окно: — Правительство срочно строит новые шаттлы, и я подрядился помогать аэродромным службам, готовлю ангары к приему техники. Так что возвращайся, работы хватает, и деньги льются рекой. Я замолвлю за тебя словечко, не пожалеешь.
— Ты же сказал, что челноки стали ходить чаще! — Майк не хотел давать ему уйти от ответа. — Она же приезжает забирать меха! Она всегда это делает! — Его глаза испуганно расширились: — С ней что-то случилось?! Джеймс! Говори со мной!
— Да всё с ней хорошо! — недовольно осадил его старик. Говорю же, работы у меня много, я её почти не вижу! Быстро отдал меха и всё, пора бежать! Некогда разговаривать вокруг неё ещё эти журналисты-репортеры, ну, сам знаешь. Короче, не поговорить.
