В Китае, например, уже бы час, как разрывался телефон с предложениями… «Масязь», господи прости!
Только вспомнил про него — телефон разродился звонком.
— Господин Сайд! Полиция интересовалась, не остановились ли вы, в нашем мотеле. Я успокоила господ офицеров…
А вот этого, я не понимаю вовсе…
Нет, конечно, они предупреждали…
Все-таки, выполнять свои обещания — самая лучшая мужская добродетель… Права была моя первая учительница, вдалбливающая в нас, эту аксиому. Мог ведь и влипнуть, кто знает, как отнесется полиция, даже к такому пустяку…
Валяясь на кровати, как «звезда», вяло перебирал свой сегодняшний день — делов, за раз, вон сколько разрешил! Две мысли — пожрать и чего это мне никто не звонит — уже думал в состоянии сладостной полудремы — пять часов за рулем, по снегу, слепящему и искрящемуся — для меня пока перебор.
Желудок вновь, вяло попытался напомнить о своем существовании, но я припомнил ему полученную шоколадку и тот, загрустив, отказался от своих претензий.
Пожалуй, впервые за пару лет я вымотался настолько, что выпал из существования.
Мне не снились сны.
Я — блаженствовал!
Часа в четыре утра, я продрал глазоньки и спросонок, пару секунд пытался понять, где я и кто я…
Понял. Встал и подошел к окну, открыл шторы и замер в восхищении — в полной тишине, с неба сыпался белый снег. Падал отвесной стеной, белой стеной. Крупные хлопья, пролетали мимо окна, ложились на подоконник и соскальзывали дальше, вниз.
По моим ощущениям — от подоконника, до снега, лежащего на земле, было меньше десятка сантиметров. А это значит, что завтра, точнее — сегодня — я никуда не еду. Дорогу замело снегом, парковку замело снегом, подъезд к мотелю замело снегом. Хорошо что я поставил «корветика» в гараж, иначе бы и его — замело снегом!
Хмыкнув, напился воды, прямо из-под крана в ванной и снова рухнул в кроватку, завернувшись в одеяло и поставив терморегулятор на +29. Снег к утру может закончиться, а значит, сразу похолодает.
Проснулся от духоты и странной неподвижности воздуха.
Одеяло покоилось на полу, часы с насмешкой демонстрировали половину восьмого утра и сна не было ни в одном глазу.
За окном тоже было не все гладко.
Точнее, все, как раз, было гладко — снега нападало до середины окна — больше двух метров!
Вот и получалось, что от середины окна, единственный вид, доступный мне, был вид белого поля. Без следов жизнедеятельности человека или его присутствия.
Пластиковое окно, оказалось без «сложного» открывания и едва я его открыл, сдуру то, как в комнату насыпался маленький сугроб.
Пришлось быстро его удалять, нагребая в пакет из-под оружия.
Увы, дураку — дурацкая работа!
Слишком умному, в принципе, тоже!
Пока убирал снег, заодно и комнату проверил, заодно и взбодрился.
Приняв душ, вышел из номера и прошел к стойке, за которой дремал кабанообразный мужчина, с бакенбардами и ярко красными мочками ушей.
Услышав мои шаги, «Кабан» соизволил открыть глаза и следом — пасть.
Каюсь, я ожидал увидеть у него во рту клыки, потому и слегка отшатнулся назад. Мало ли, вдруг, все эти байки об оборотнях, вовсе и не байки!
Увы, зубы у мужчины были белыми и ровными.
— Доброе утро! — Поприветствовал он меня и замер, выбирая, что сказать дальше.
— Доброе. Спалось прекрасно, большое спасибо. — Пришел я ему на помощь, вспомнив ходящий по НАШЕМУ миру, во времена моей молодости, анекдот, что в «Европях», человек при служебных обязанностях — всего-навсего робот, с жесткой программой. — Хотелось бы позавтракать…
«Кабан» почесал правый бакенбард и со вздохом, заявил, что кофе будет через полчаса, не раньше, так как хозяйка чистит снег…
Понимая, что здесь мне ничего не светит, поблагодарил мужчину и, застегнув куртку, вышел на улицу.
Я то, наивный, думал, что у хозяйки — снегоуборочная машина!
А у нее оказалась — снегоуборочная лопата!
Крыльцо и тропинка к дороге были уже основательно, до асфальта, вычищены и теперь хозяйка — женщина, что заселяла меня вечером, весело махала куском пластика на деревянной рукоятке, расчищая дорогу к гаражу.
С минуту, я любовался впечатляющим зрелищем, а затем, поступил по-своему.
Попросив женщину отойти в сторону, а еще лучше — встать мне за спину — активировал «конструкт», что придумывал на досуге, правда не для борьбы со снегом, разумеется…
Две призрачных плоскости, соединенные в виде клина, должны были помочь мне пробить заслон…
Тогда — не понадобилось.
Полуприкрыв глаза, завершил построение и сделал первый шаг.
Снег передо мной, сперва промялся, а затем разошелся в стороны, обнажая чистый асфальт.
«Отвалы» пришлось увеличить, сделав размах больше двух метров, а затем, представляя, что мне здесь ехать на «корвете», довел размах до трех — один пес, пока чищу — ровно, а как отойду — часть скатится на землю…
Еще через минуту, уже когда вычистил метров двадцать пять, дошло «разогреть отвалы» и получить ровнехонькие стеночки, мгновенно прихватываемые 20-ти градусным морозцем.
Пару раз, опускал отвалы слишком сильно и прихватывал асфальт, оставляя на нем уродливые царапины, пару раз, наоборот — слишком сильно задирал и проваливался в рыхлый снег по щиколотку.
