— Откуда, откуда… — Я подкинул в костерок веток и бешено зачесался — ветка, неудачно брошенная в костер, к которому мы вернулись с час назад, выбросила целый веер маленьких искр, приземлившихся исключительно мне на руку. — Когда стало понятно, чем именно занимаются кристаллы, начал «выклянчивать» их и растаскивать по окрестностям. Чем больше их становилось, тем было легче дышать. Чем легче дышать — тем дальше я раскидывал «Отростки». Сперва, бегал, как дурак… Потом догадался «провешивать» узкие проходы и зашвыривать уже в них…
— Сколько всего? — Якоб уставился на меня так, словно я умом подвинулся.
— Да пес его знает… — Легкомысленно пожал я плечами, продолжая чесаться. — Полтысячи — точно…
— Сайд! — Алиция поймала меня за руку, останавливая «почесушку». — Я знаю, что происходит!
Я воззрился на женщину, пытаясь понять, о чем она говорит.
— Сайд! У тебя — аллергия! — Алиция тяжело вздохнула. — Ты что, не чувствуешь? Надо срочно возвращаться!
Проход я открывал уже плохо соображая, что делаю.
На наше счастье, выход оказался в подъезде соседнего дома, а не в лесу и не на скоростном шоссе, как это у меня уже один раз было.
Бегать босиком, по снегу… Ну его нафиг! Я это удовольствие, с удовольствием, оставлю моржам… Выскочив из подъезда, пробежавшись по пушистому снежку и заскочив в свой, я уже почти отключаясь, достал ключ от квартиры и сунул его Якобу.
В квартиру меня уже вносили.
Алиция вызвала «скорую», но раньше, чем приехала бело-красная машинка, появились Лиззи и Стелла.
На мое счастье, кстати, появились…
Пока скорая накачивала меня лекарствами, эти три красавицы держали меня под таким контролем, что я не то что на тот свет, в туалет бы не смог попасть…
Потом Лиззи позвонила и в мою квартиру притащили аппарат для чистки крови.
Потом мне долго чистили кровь, заодно — прочищали мозги.
А потом приехала Марша и мир спокойно покатился под откос, потому что удержать меня больше никто не мог.
Я одновременно был в трех местах — у себя в постели, в своем мире и там, куда мы все попадем, в конце-концов. Скажу сразу — там пусто, скучно и нет знакомых. Врет все библия. «Там» лишь одиночество. Зыбкая тишина и серость.
Пришел в себя глухой ночью, от молодецкого храпа Якоба, развалившегося в кресле, в соседней комнате.
Осторожно, стараясь не разбудить Алицию, придремавшую в кресле по соседству с моим диванчиком и сладко посапывающую, выбрался на балкон и втянул полной грудью свежий воздух, морозный и наполненный светом звезд. Колючих, далеких и таких заветно — желанных.
Оперевшись на перила балкона, подавил бунт живота своего, норовящего вывернуться наизнанку.
Во все времена, для любого, кто остался романтиком и не потерял «ребенка в себе», звезды будут самыми желанными и далекими одновременно.
Давным-давно, у нас отняли мечту.
У нас отняли нашу «Энергию» и наш «Буран», дав взамен блестящие звезды, вертящих задницей певичек, актрисулек и бизнес-вуменов. Нам сменили одно — единственное слово и мир рухнул.
Всю жизнь мы бегали и играли в «войнушку», кто дальше прыгнет и кто добудет селитру… Мы — соревновались!
А сейчас — дети «меряются» телефонами, кому подарят квартиру, в какой ВУЗ пойдет учиться… Они — конкурируют…
Одно слово…
И два, совершенно разных, мира.
Уже понимая, что появление Стеллы, Лиззи и приезд Марши мне всего-навсего примерещился, со вздохом потянулся к сигаретам. Подкурил и закашлялся так, словно захотел избавиться от легких.
— Очухался? — Алиция прикрыла рот зевая.
— Спасибо Вам, огромное! — Прокашлявшись, я снова начал созерцать звезды.
— Не за что. — Пожав плечами, Алиция вернулась в комнату, оставив меня тет-а-тет со звездами.
В который раз, любуясь звездами, я находил в них родственную душу. Чуть отстраненные, загадочные, мерцающие. С детства хотелось стать таким же.
Не вышло: даденое Звездам — Человеку не подвластно. А жаль!
Где-то там, у каждого из нас, есть своя, личная, звездочка.
Найти бы свою, проторить к ней дорожку и остаться там, под ее лучами.
— Сайд. — Алиция вернулась и встала за моей спиной. — Мы не психи… Сколько тебе лет? 35–37?
— 44-е. — Обернулся я и увидел в глазах женщины искреннее удивление.
— На три года младше… Скоро ты поймешь и увидишь, как человек, живущий рядом с тобой, стареет. Сперва морщинки, потом седина. Потом…
— Алиция. — Я остановил ее, подняв указательный палец. — Сделанное Вами — сделано. И, если Ты вспомнишь, в моих словах, интонациях и даже эмоциях, не было порицания или неприязни…
— Это меня и удивило. — Призналась Алиция. — И твой возраст, не вяжется с внешним видом…
В ответ я подмигнул и улыбнулся — Знай наших!
— Спокойной ночи, Сайд! — Алиция вернула мне улыбку и мир с щелчком встал на место.
Все последствия отравления вымело начисто, оставляя тихую тоску и грусть.
Мы напридумывали столько законов, вывели целый сонм адвокатов и прочих стряпчих, поверенных, юристов и теперь удивляемся, почему все вокруг нас такое зыбкое и раненое на всю голову.
Сами виноваты.
