«Есть. Прямо сейчас.» — Шеф провесил проход в полуметре от перил балкона, снаружи, приглашая на личный разговор.
Как был, с чашкой в руках, перелез через перила и запрыгнул в проход.
В два шага прошел светящийся коридор и вывалился под яркий солнечный свет, на черной поляне, все еще курящейся дымком.
Развалины деревни, куски обгорелого мяса, недавно носившее гордое название хомо сапиенс и тишина.
Все эксперты работали тихо, переговариваясь «лайном», словно боясь громким словом потревожить покой мертвых.
Выгоревшая на пару километров степь, с обугленными останками зверей, людей и редких деревьев давила на плечи и забивала все органы чувств, разом.
Пришлось допить кофе одним глотком, смывая горячим напитком пепел и запах, так и лезущий в нос.
— Снова, Сапфирр? — Поинтересовался я у шефа, стоящего поодаль, спиной ко мне и разглядывающего заснеженную вершину Килиманджаро.
— Нет. — Шеф развернулся. — Сапфирр уже три месяца как утих… Надеемся, что больше мы о нем и не услышим — нашим удалось решил уравнение его появлений… А здесь ты видишь утерянный боеприпас HEW-94\2. И упавший самолет. И, не вовремя проезжавшую вооруженную колонну правительственных войск…
— Шикарный «Нескафе» заварился… Я бы даже сказал — «Strong»! — Скривился я, понимая, что моя сладкая жизнь закончилась. — Последний раз, HEW я встречал в 2014. Тогда же, их сняли с производства, как нестабильные. Последний боеприпас размонтировали при мне, лично.
Шеф склонил голову, прислушиваясь к чему-то другому.
Шум нарастал, от края поля в нашу сторону.
«Боже!» — Взмолился я, от всей души, искренне и честно, — «Только не выжившие! Пусть только не они!»
В этот раз седой дедок на облаках мне подыграл — оказалось не выжившие — свидетели.
А вот свидетели это очень хорошо, это очень здорово! Свидетели, это самое важное, что может быть в нашем деле!
Даже такие мелкие, черные и не говорящие по-английски!
Шеф, видя, что я уже настроился на работу, забрал у меня из рук чашку и сделал приглашающий жест рукой.
Основное мое занятие, исключая пары — тройки «активных полевых работ», это сбор данных, их первичная обработка и анализ — ничего сложного, если знаешь суть — подлую суть человеческой натуры — все и всегда не то, что кажется.
Вот и с этими тремя выжившими — шаманом племени по имени Мтуве, его новой женой Лвани и учеником Мтабе — работать было просто любо-дорого!
Шаман, из «мертвых», встретившись со мной взглядом, попытался взять меня в оборот, но получив по рогам — в самом прямом этом смысле этого слова: в своем воображении шаман считал себя сыном буйвола — раскрылся и позволил отсмотреть все увиденное его глазами. Ученик был сама бездарность — даже среди людей своего племени — но был сыном вождя, а это уже накладывает отпечаток, знаете ли.
Самым интересным свидетелем была девушка.
Привязав к себе взглядом эту черную красавицу, опешил — красавица оказалась имунна к любому воздействию «конструкта»!
Внимательно изучив девицу всеми своими слабыми возможностями, сделал самое простейшее, чему учился — резко хлопнул в ладоши, у нее перед носом.
Пока чернокожая отшарахивалась и летела пятой точкой к земле — успел сделать два дела: поймать это тщедушное тельце и просмотреть ее глазами, события.
Появившихся в деревне военных шаман боялся хуже огня и потому увел «своих» за пяток километров — отсидеться в тени оазиса, в давно выкопанном убежище, специально заготовленном для таких случаев.
В последнее время Вождь племени все жестче намекал, что пора старому и власть передать — 21 век на календаре и не время для старого мира! Шаман пока отбивался, по мелочам помогая односельчанам: корову найти, дождь притянуть, саранчу отпугнуть — да мало ли чем может помочь хороший шаман своему племени.
Вояки, приехавшие в деревню, шаманом не интересовались, сразу двинувшись к вождю и что-то с него требуя.
Очень громко, требуя.
Именно тогда шаман и вымелся прятаться.
Ученик, хоть и сын вождя, но последовал за учителем. По размышлениям шамана — не просто так: если папу грохнут — племя уйдет под сыночка. Так что тут, как ни крути, только плюсы.
Самого взрыва шаман не видел — придремал, утомившись от утех.
Из сладкой дремы его вырвал пронзительный стон покидающих грешную землю односельчан.
Вырвавшись из пещеры, шаман только с ужасом рассматривал стену пламени, высотой до неба, что отгородила его, от его паствы.
По ощущениям, пламя пожирало деревню несколько часов. То, что выживших нет и не будет, шаман прекрасно знал.
Девица взрыва не видела — отмокала в воде, радуясь нежданной свободе от ежедневных дел.
Зато знала она кое-что другое: вождь племени обещал воякам передать два десятка молодых воинов, в обмен на оружие. А еще, какая-то странная тайна витала в семье вождя, наводя ужас на всю деревню.
Жены вождя, все четыре, родив по одному ребенку, больше не рожали. А сам вождь, в свои полсотни лет, оставался полным сил и властности, словно выпивая женское здоровье.
Ходили всякие слухи, так что Лвани только радовалась, что досталась старому шаману, а не вождю или одному из его сыновей.
