Анна притворилась, что внимательно разглядывает принесенные растения. Пожав плечами, она ответила с нарочитым безразличием:
— Откуда мне знать? Какой-то горожанин, заблудившийся в наших полях.
Прошло намного больше двух часов, когда девушка освободилась.
Она спустилась по Церковной улице к гавани и, дойдя до сводчатого каменного здания церкви, зашла внутрь. Анна опустила руки в ризничную умывальницу и окропила себя водой — на счастье и удачу. Пробормотав коротенькую молитву — ту самую, что не сходила с ее уст вот уже более недели, — Анна вышла на набережную.
Ветер здесь был еще злее и хлестал словно кнутом. Надвигался вечер, и по мере того, как день ото дня слабое мартовское солнце медленно прогревало поля, здесь, на берегу морского залива, бризы набирали силу и уносили тепло полей туда, к Великому океану, который был совсем рядом, за узкой полоской суши, ограничивающей залив. Океан забирал тепло прежде, чем люди могли его почувствовать как следует.
Анна, кутаясь в плащ с капюшоном, от души желала, чтобы его материя была еще толще. Дверь в таверну была открыта, и там, внутри, приветливо горел огонек. Несколько завсегдатаев пьянствовали за грубыми столами около очага, перед каждым стояло по объемистому, дымящемуся на холоде кувшину подогретого эля. Анне очень хотелось открыто встретиться с Раймондом в таверне, так уютно она выглядела. Но она знала, что это невозможно, и прошла мимо «Якоря». Как только ее фигурка мелькнула у дверей, один из посетителей поднялся, швырнул трактирщику мелкую монетку и вышел. Это был Раймонд.
Они встретились, как и было условлено, в зарослях терновника.
— Анна? — Раймонд поймал ее за руку и потянул в глубь кустов. На ветвях терновника еще не было листьев, и только пена белых цветов хоть как-то скрывала их от посторонних глаз. Ветер насквозь продувал колючие ветви и кусал Анну за уши. — Где ты была, милая? Приди ты минутой позже, ты бы меня уже не застала.
Анна недоверчиво посмотрела на любовника.
— Ты проделал такой путь и ускакал бы назад, не повидавшись со мной?
— Я сижу в этом трактире уже целую вечность. Думал, ты вообще не придешь…
Анна схватила Раймонда за руку и посмотрела ему в глаза. Раймонд, хоть и занимал более высокое положение, чем она, но все же он был незаконнорожденный, и у его семьи были серьезные проблемы из-за прав на наследство его матери. Это делало его столь же уязвимым для ударов судьбы, как и ее саму.
— Я не могла прийти вовремя, Раймонд. Меня задержал отец. Он поручил мне еще одну работу, а потом еще, и я никак не могла отвертеться. Ты должен иметь побольше выдержки и веры. Если я сказала, что приду, значит, обязательно приду, — твердо заявила Анна, совсем забыв, что ей этой самой веры тоже только что не хватало.
— Прости меня, Анна. Мне не следовало сомневаться в тебе.
— О Раймонд! Что бы я делала, если бы ты не подождал? Я и так совсем извелась от мысли, что граф, как его там?..
— Де Ронсье.
— …Что граф де Ронсье расправился с тобой.
Зеленые глаза Раймонда блеснули льдом.
— Раймонд, что с тобой? Граф в самом деле что-то совершил?
Молодой человек кивнул и, заметив, что Анна вся дрожит, завернул ее в свой плащ. Замирая от счастья, девушка обхватила руками его тонкую талию и зарылась лицом в его тунику, вдыхая теплый запах.
— Да, — слова Раймонда звучали над ее головой; голос был резкий, отрывистый, нисколько не похожий на тот, который она обожала. — Граф Франсуа постарался. Точнее говоря, его друзья, так как никто не видел его самого на пожаре. Нет, граф слишком умен, чтобы впутываться в такие дела. Но одного его человека там видели…
Анна откинула голову, чтобы взглянуть в любимое лицо. Оно было таким же жестким, как и его голос, а его пальцы впились в ее плечи, словно орлиные когти.
— Пожар? Какой пожар? Раймонд, о чем ты говоришь?
Он с видимым усилием попытался совладать с собой. Руки на ее плечах ослабли хватку.
— Это случилось наутро после нашей встречи. В Ванне был пожар, Анна; наш дом сгорел дотла.
— Матерь Божья! Кто-нибудь пострадал?
— Изабель, моя бабушка, была убита.
Анна перекрестилась.
— Это та, которая… была сестрой Мари де Ронсье?
— Да.
— Мир ее праху, Раймонд, я соболезную тебе.
Раймонд посмотрел сверху вниз на Анну, и выражение его зеленых глаз смягчилось. Он поцеловал ее в лоб.
— Сладкая моя Анна… Попробую рассказать тебе все по порядку. В то утро я возвращался со свидания с тобой. Мама и сэр Жан уехали из Ванна в усадьбу Сен-Клеров: как я и думал, после того, как пытались забросать камнями Гуэнн, мама не захотела больше жить в Ванне. Бабушка и две мои сестры готовились последовать за родителями и ждали меня. Но я опоздал, Анна. О дьявол, почему только я опоздал в то утро! К тому времени, когда я добрался туда…
Раймонд внезапно замолк и начал тереть свой лоб; лицо его от печальных воспоминаний посуровело. Анна ждала, когда он продолжит.
— Вышло так, что мер предосторожностей, которые предпринял сэр Жан, оказалось недостаточно, — наконец произнес Раймонд. — Он выделил нам вооруженный эскорт. Мы должны были добраться до Кермарии в совершенной безопасности…
