Вместо этого он навис надо мной, положил ладонь мне на поясницу и притянул поближе к себе. Там, где нас разделяла всего лишь тонкая ткань моего джемпера, кожа начала гореть. Я прикусила губу, чтобы не наброситься на него прямо посреди ледовой арены, и медленно выдохнула.
– Но знаешь, если ты не хочешь носить футболку, я могу забрать ее себе, – тихо произнесла я, уверенная в том, что Хантер ловит каждое мое слово. – Тогда я буду в ней спать.
Он резко втянул носом воздух и прижал меня к себе, не оставляя между нашими телами ни дюйма пространства. Я чувствовала, как колотится его сердце, и мое билось так же быстро. Это походило на наваждение. Хантер сводил меня с ума, лишал привычных ориентиров и почвы под ногами, но каждый раз, когда я оказывалась так близко к нему, мне почти удавалось убедить себя в том, что только этого я и хотела. Хотела только Хантера.
Он уткнулся носом мне в шею и пробормотал что-то невнятное.
– Что? – охрипшим голосом переспросила я.
– Я представил тебя в этой футболке, – немного отодвигаясь от меня, произнес он. – И теперь этот образ не дает мне покоя. Как и ты.
Я почувствовала, как краснеют мои уши, но промолчала и прижалась щекой к щеке Хантера. Мне хотелось зафиксировать этот момент. Запомнить каждое сказанное им слово и каждую эмоцию из тех, что он вызывал во мне. Мне хотелось остаться навсегда посреди почти опустевшей арены, обнимая самого потрясающего мужчину на свете, но спустя минуту я отодвинулась и опустила взгляд:
– Поехали домой, Ава, наверное, уже потеряла нас.
Хантер невесомо коснулся моих губ и, взяв меня за руку, повел в сторону выхода с арены.
Как Хантер и думал, Ларри не принял подарок. Встретив нас в прихожей и даже не удостоив приветствием, он умчался в свою комнату и громко хлопнул дверью. Я заметила, как дернулся нерв под глазом у Хантера, и опустила руку ему на плечо в попытке успокоить.
– Ему нужно время.
– Я думаю, что ему нужно совсем другое, – стиснув челюсти, прошипел он.
– Хантер…
Из кухни вышла Ава, прерывая наш едва начавшийся спор. Она видела, что творится с Хантером, и могла помочь мне его образумить.
– Мальчику трудно принять твой выбор, Хантер, – теребя в руках кухонное полотенце, произнесла она. – И дело не в том, что ему не нравится Кортни, все дело в том, что она не Марта.
Ее слова обжигали меня, хоть я и поняла, что это правда. Ларри слишком сильно тосковал по матери, которая его бросила.
– Ему придется принять ее. – Хантер сжал ладони в кулаки и шагнул вперед. – Хотя бы потому, что я так сказал.
– Не дави на него. – Я дернулась к нему, чтобы остановить, но Хантер уже направился к комнате сына. – Хантер, прошу тебя.
Он не остановился. Шел вперед, словно не слышал меня. Я перевела растерянный взгляд на Аву, но она лишь пожала плечами. Мы стояли с ней посреди прихожей в ожидании того, что случится дальше. Я не сомневалась, что таким образом Хантер ничего не добьется от Ларри, а, напротив, сделает только хуже. Все это могло привести к тому, что мальчик нас просто возненавидит.
– Я пыталась ему объяснить, что это не выход, – покачала я головой, услышав, как Хантер стучит в дверь комнаты Ларри.
– Я знаю, милая, знаю.
Ава подошла ко мне и ласково обняла за плечи. Пакет с формой «Ледяных псов» жег ладонь, тогда как все остальное тело словно заледенело. Стук стал громче и настойчивей, а затем до меня донесся недовольный голос Хантера. Я никогда не слышала, чтобы он хоть с кем-то разговаривал таким тоном, и от этого мне стало не по себе.
– Я должна…
Я дернулась в сторону комнаты Ларри, но Ава не дала мне ступить и шагу.
– Нет. Ты точно не должна вмешиваться.
– Но они ссорятся из-за меня.
– Кортни, они ссорятся не из-за тебя. – Ава поджала губы. – Они ссорятся, потому что им обоим больно, и до тех пор, пока оба этого не поймут, ничего не изменится. А понять это они смогут, только услышав друг друга.
В словах Авы был смысл. Я сама так думала все чаще и чаще. Уход Марты создал между Хантером и Ларри пропасть размером с Большой каньон, и никто из них не хотел спускаться на самое дно, полное боли и отчаяния. Они просто стояли напротив друг друга, разделенные непониманием и обидами.
Стук сменился хлопком двери, а затем криком Ларри. Я беспомощно обернулась к Аве, но она лишь обреченно покачала головой. Мы так и стояли с ней в прихожей, пока Хантер выговаривал сыну. Я не слышала слов, но знала, что разговор на повышенных тонах не обошелся без взаимных упреков.
Спустя минут десять дверь снова хлопнула, а затем мимо нас с Авой, как вихрь, пронесся взбешенный Ларри.
– Подожди. – Я было кинулась ему наперерез, но мальчик с неожиданной для восьмилетнего ребенка силой оттолкнул меня.
– Ларри, стой! – Следом за сыном в прихожей появился Хантер. – Даже не вздумай снова сбежать, ты не можешь так поступать с нами!
Хантеру было слишком больно, но казалось, что Ларри только этого и добивался.
– Я могу поступать так, как мне хочется! Если ты не можешь отвезти меня к маме, я сам к ней поеду.
