– Есть, мэм, – я немного сгорбился. – Ты знаешь, что случилось с Люцианом и Терком?
– Они обедают в «Пчеле». Люциан сказал, что заставит своего племянника бояться бога.
– О боже. Есть что-то от Вик о баллистике?
– Спроси об этом ее.
– Она разговаривает, – я посмотрел на мигающие огоньки на телефоне Руби, – по всем линиям.
– Так не бывает. – Руби не отводила от меня взгляд.
– Мы не сможем ее удержать, да? – Эти слова вылетели до того, как я успел их сдержать, и, когда я поднял глаза, синева Руби сразу же захватила меня.
– Почему бы тебе не пообедать? Тогда Вик закончит разговаривать. К тому же, тебе тоже не помешает религия.
Солнце опять вышло в своей извращенной манере – ослепляло, но не грело. Возможно, к концу дня станет теплее, но сейчас было очень холодно. Поднимаясь по ступенькам здания суда, я посмотрел на окно Верна. Наверное, он все еще сидел там и ждал нашего обеда, но я был уверен на все сто, что ему не захочется присутствовать на проповедях Люциана, хотя они однозначно будут незабываемыми и уникальными.
Коди и Джейкоб, осужденные по двум пунктам обвинения в сексуальном насилии первой степени, могли быть приговорены к сорока годам лишения свободы. Дата вынесения приговора давила на всех нас целых две недели, но на Верна Селби – больше всего. Всё должны были решать присяжные, но теперь они передали это задание Верну, как какую-то заразную болезнь, и его поглотила лихорадка правосудия.
Он взял на себя смелость объединить два пункта обвинения в один, на что имел полное право, и приговорил Коди и Джейкоба максимум к пятнадцати годам заключения, что значительно ниже рекомендуемого срока наказания от пяти до пятидесяти лет. Джордж получил минимум десять, но все это стало простой бюрократией, когда судья объявил, что преступников отправят в колонию для несовершеннолетних в Каспере и, следовательно, назначат им неопределенные сроки. Думаю, Верн решил, что, раз это первое их преступление, изнасилование не должно стоить парням всей оставшейся жизни, и неважно, чего это стоило Мелиссе.
Коди Притчард повернулся к своим друзьям в углу зала суда, игриво подбросил шляпу в воздух и улыбнулся. При хорошем поведении Коди, Джейкоб и Джордж могли получить менее двух лет нестрогого заключения. А Брайан Келлер мог получить два года условно и сто часов общественных работ. Молодых людей снова освободили без залога, и Верн молча кивнул в своем кабинете, когда я лично вызвался отвезти этих троих в Каспер.
Когда я добрался до «Занятой пчелы», то заглянул в окно. Терк сгорбился на стуле и вжался в стену как можно глубже. Люциан едва шевелил губами и наклонялся все ближе, сверля Терка взглядом. Любой намек на голод пропал, и я продолжил идти по тротуару в спортивный магазин. Когда я зашел, Дэвид вводил что-то в компьютере за стойкой, а его жена, Сью, помогала полной женщине средних лет в отделе обуви. Я подошел к прилавку и оперся о него бедром.
Он посмотрел на меня через свои бифокальные очки.
– Привет, Уолт.
– Какая самая популярная марка горной обуви?
– Здесь? – задумался он. – Васк или Асоло.
– А самый распространенный размер?
– Девятый или десятый.
– Можно как-то выяснить, сколько Васк девятого ты продал за последний год?
Дэйв посмотрел на меня и вздохнул.
– Тебе повезло, что Сью здесь. У меня нет времени на…
– Выдели, – я встретился с ним взглядом, чтобы усилить просьбу.
– Я могу попросить Сью распечатать спецзаказы и проверить склад, но на твоем месте я бы не надеялся на список имен. Если платили наличными…
– Сделай это сейчас же.
Он вытащил ручку из-за уха и бросил ее на прилавок в знак поражения.
– Ладно.
– И еще вопрос. Ты помнишь, чтобы Джейкоб или Джордж приходили сюда покупать наживу?
Дэйв скрестил руки и выдал длинный, медленный выдох.
– Может, полторы-две недели назад.
– Может, они говорили кому-то, куда отправляются? – Это вряд ли, но попытаться стоило.
– Понятия не имею, – покачал он головой.
– Но ты повспоминаешь?
– Конечно.
– Я серьезно.
– Конечно, – повторил он и продолжил, не успел я отойти от прилавка: – Классная одежда.
Я замер и опустил взгляд на мои модные шмотки.
– Ты помог ей выбрать размер?
– Нет, все сама, – улыбнулся Дэйв. – Круто, да?
– Ага, – я продолжил идти к двери и взялся за ручку.
– Гордись собой, она удивительная.
– Ага, – я открыл дверь и вышел. – Позвони.
К тому времени, как я вернулся в «Пчелу», Люциан и Терк ушли, и там никого не было, даже Дороти. Я зашел и сел в углу, у кассы. Через какое-то время на мое пластиковое меню легла тень.
– Что будешь?
– Только не «как обычно», – я закрыл меню и протянул его ей. – Прости, что вчера был таким резким.
Она взяла меню и посмотрела на мои пальцы. С ней уже точно кто-то говорил, потому что она почти сразу перевела взгляд на ухо.
– Хочешь поэкспериментировать, да?
Дороти наклонилась и бросила две мясные котлеты из маленького контейнера на гриль, а затем отправила корзину с нарезанным вручную картофелем во фритюрницу. Видимо, сегодня бургеры и картошка фри были чем-то необычным. Я спросил ее о Люциане и Терке. Она вздернула бровь.
