– Черт, если ты будешь так водить, мне придется…
Терк этого не ожидал, никто бы не ожидал. Он привык к моей вспыльчивости и посчитал, что застал меня в неудобный момент. Так и было. Я поднял руку, с размаху ударил его сбоку по голове и толкнул лицом вперед в его машину, сбивая с ног правым ботинком. Удар был оглушительным, и Терк оставил на крыле своего автомобиля значительную вмятину. Он не вставал, просто лежал рядом с задним колесом, а сбоку от его лица растекалась небольшая лужица крови.
Я перешагнул через его ноги, перекатил на бок, смахнул с него шляпу и схватил за рубашку, притянув его лицо близко к моему.
– Если ты еще хоть раз тронешь пальцем моих заключенных…
Но он не слушал, его вырубило. Я несколько секунд подержал его голову, а затем мягко опустил обратно на бетон. Меня затошнило. Это все адреналин, или, по крайней мере, так я себя оправдывал. Он всегда меня настигал. Потом мне придется пройтись, чтобы стало легче. Я почувствовал какое-то движение позади, когда встал, отошел и продолжил подниматься по ступенькам в свой кабинет. Кто бы это ни был, очевидно, этот человек решил, что сегодня его вопрос не так уж и важен.
Дверь в офис была открыта, когда я до нее дошел. Руби сжимала ручку одной рукой, а другую прижимала к сердцу, я еще никогда не видел ее глаза такими круглыми.
– О боже…
Я пронесся мимо нее в приемную и почти что врезался в Люциана. Он отшатнулся и чуть не упал, но я успел его поймать.
– Ты что-то хочешь сказать? – Лучшая защита – нападение.
Он широко улыбнулся.
– Черт, какой удар!
Я не ответил, продолжил путь по коридору, а потом открыл дверь, ведущую к камерам заключения. Я захлопнул дверь, ворвался в открытую кабинку, сел на одну из коек, прислонившись спиной к стене, сжал трясущиеся руки и стиснул челюсть. Я сосредоточился на своих руках, пытаясь унять дрожь; на это потребовалось время. Дыхание приходило в норму, и жар начал спадать. Я облизнул губы и выдохнул, пытаясь протолкнуть остаток адреналина через кровоток. Меня бесило все – видеть это, слышать это, совершать это. Я поднял голову и увидел испуганного Брайана Келлера, который смотрел на меня с другой койки. Мне нечего было сказать. Он свернулся в углу, подтянув ноги и обхватив их руками, над коленными чашечками виднелись только глаза.
Мы слушали, как шум из приемной разносился по коридору и отражался от каменных стен. Я и понятия не имел, что из камер все так хорошо слышно. Входная дверь была закрыта, но сверху доносились звуки отодвигаемых стульев и приглушенные голоса. Голос Люциана был громче остальных:
– Тащи его сюда, Плывущая Сельдь…
Новое бормотание и голоса.
– Ну что, понравилось, сукин сын? Давай, попробуй встать, и я сам тебе вмажу…
Все затихло вместе с гулом в моих ушах. Я будто был под водой и на мгновение позволил себе плыть, наслаждаясь чувством погружения в плечах. Я устал.
Через какое-то время Генри высунулся из-за перегородки. Его волосы свисали, а на меня смотрел один глаз.
Я снял шляпу и положил на койку сбоку, проводя руками по лицу.
– Что?
Видимо, в крови еще остался адреналин.
– Ничего.
Мы еще помолчали.
– Он в порядке?
Генри вышел из-за перегородки и нагнул голову, чтобы смотреть на меня через решетку.
– Он никогда не сможет играть на скрипке носом, если ты об этом спрашивал.
– Надо вызвать скорую.
– Он уже уехал, Руби везет его в больницу. Это было лучшим решением, потому что дядя продолжал его пинать.
Я снова помолчал.
– Думаешь, я переборщил?
Генри нарочито серьезно помотал головой.
– Нет, что ты. Это абсолютно нормальная реакция, когда кто-то паркуется на твоем месте.
Генри подошел ближе к двери.
– Может, позавтракаем? – Он перевел взгляд на Брайана. – Ты с нами?
К моему облегчению, Брайан отказался, и мы с Генри вышли через задний ход.
– Интересные навыки руководства, что-то вроде философии: «Жестокость – это не ответ, поэтому я выбью из тебя всю дурь».
Я посмотрел на небо – все еще ничего, но буря уже близилась. Мой взгляд продолжал обводить снежные горы над деревьями, я искал Джорджа Эспера.
– Почти как индейская прелюдия.
Он должен быть где-то там.
– Знаешь, что общего у десяти индианок с фингалами?
Рыболовные снасти были главной уликой, и если Ферг может связать специфичные приманки с конкретными местами, у нас еще был шанс.
– Они просто не слушались.
Если Джордж знал о прогнозе, он бы уехал? Или поехал искать брата?
– Как твое вчерашнее свидание?
Чем больше текло времени, тем больше была вероятность, что он уже мертв. Придется уговорить какого-нибудь приятеля Ферга поехать к Эсперам и ждать кого-нибудь.
– Ты не позволил ей касаться вина, так ведь?
И что за чертовщина творится в Лонгмонте? Если так будет продолжаться, я сам поеду их искать. Хотя бы Брайан в безопасности, но надо поговорить с его отцом. Возможно, мы что-то узнаем.
– Кстати, у меня есть информация об Арти Короткой Песне.
– Что? – остановился я.
– Так и знал, что это тебя заинтересует, – улыбнулся Генри и покачал головой. – Звонила его мама и сообщила, что Арти в Биллингсе, в тюрьме округа Йеллоустон, еще с субботы.
Круг поиска сузился.
– За что?
