Калли откинулся на спинку сиденья, чувствуя себя беспомощным неудачником. Возрази он Гримальди, и тут же окажется в камере предварительного задержания, если не случится чего-нибудь похуже. И теперь Малик знает, что он здесь, и, вероятно, догадывается, что у полицейских есть его описание. Гримальди прав: Малик уйдет в глубокое подполье и не покажет носа, пока деньги не будут отпечатаны. В данный же момент ничего нельзя сделать.
— У тебя есть какие-нибудь надежные осведомители? — спросила Хаузер.
— Есть один-два, которые могут что-нибудь знать о том, кто печатает деньги, — ответил Гримальди. — Я как раз их искал, когда вы заварили всю эту кашу.
— Хорошо, — сказала Хаузер. — Продолжай искать на своем участке. У меня есть подруга в информационном отделе, мы вместе учились в академии. Она из группы, занимающейся организованной преступностью. Они ведь занимаются и русской мафией, верно?
— Верно.
— Мы с Калли отправимся туда и попробуем выяснить, кто участвовал в ограблении грузовика с бумагой.
— Неплохая идея, — сказал Гримальди.
— В случае чего ты мне позвонишь.
— Я обещал и выполню свое обещание.
— О'кей. Отвези нас обратно к машине. Я оставила ее около русского ресторана.
— Поезжай одна, — сказал Калли Хаузер. — У меня есть кое-какие дела.
— Какие? — спросил Гримальди.
— Это мои личные дела.
— А как я найду тебя, если будут новости? — спросила Хаузер.
— Никак. — Калли взглянул на часы. — Я буду в Манхэттене.
— Разведывательная служба находится в нижнем Манхэттене. Я подвезу тебя, куда ты хочешь.
— Нет, спасибо. Я поеду на такси.
— Какое именно место тебе нужно в Манхэттене?
— Верхний Ист-Сайд.
Хаузер на мгновенье задумалась.
— На северо-восточном углу Пятьдесят второй стрит и Первой авеню есть уютное заведение, которое называется. «Бар Билли». Я подберу тебя там через два часа.
Калли вышел из машины. Хаузер высунулась из открытого окна.
— Ты не собираешься оставить меня и заняться этим делом один?
— "Бар Билли". На углу Пятьдесят второй и Первой. Через два часа, — сказал Калли и сделал знак таксисту, который остановился, чтобы высадить пассажира.
Хаузер смотрела, как он бежит к такси. Гримальди наблюдал за ее лицом.
— Признавайся, Джули, этот парень много для тебя значит.
— Не знаю. Может быть.
— Послушай, что тебе скажет старый друг. Что-то с ним не так. От него так и веет бедой.
— Зато благодаря ему у меня будет самый интересный материал в моей жизни.
Малик сидел за рулем мини-вэна на боковой улочке, примыкающей к Брайтон-Бич-авеню, в пятидесяти ярдах от Гримальди. Он вскочил в машину всего за несколько секунд до того, как Гримальди затормозил у тротуара, и как раз собирался отъехать, когда Калли вышел из машины и стал осматривать тротуары. Они не заметили его, и он решил подождать и посмотреть, что будет. Он увидел, как полицейская машина без номеров уехала с полицейским и девушкой, а Калли сел в такси.
— Твою мать, — пробормотал он сквозь сжатые зубы, — в виде исключения, на чистейшем русском языке.
Что-то пульсировало у него в голове, и он чувствовал, как в груди у него закипает безудержная ярость.
— Да пошел ты, Майкл Тимоти Калли, пошел на... — прошипел он, прижимая ладони к вискам, чтобы унять пульсирующую боль. — Ну, это уж слишком. — И когда такси влилось во все еще густой поток транспорта на Брайтон-Бич-авеню, он включил зажигание и тронулся с места.
Специальный агент ФБР Джек Мэттьюз только-только вздремнул, когда в седьмом часу утра ему сообщили из полиции Ньюарка, штат Нью-Джерси, что один из барменов бара «Ханнигэна» в Мэнсфилде опознал фотографию Малика. Этот самый человек, по его словам, ушел вместе с девушкой, которую, как установили, звали Тамми Мальдинадо; она была подружкой Дуэйна Беккера, найденного убитым на автостоянке. Этого было достаточно, чтобы получить ордер на обыск в доме и магазине Малика.
Мэттьюз вытащил окружного помощника федерального прокурора из кровати, чтобы он одобрил и скрепил своей печатью быстро приготовленный им документ, а затем лично отвез его федеральному судье, чтобы тот выдал ордер на обыск. Судья как раз завтракал, когда к нему подъехал помощник прокурора, но ему пришлось прервать это приятное занятие. В семь тридцать из вашингтонской штаб-квартиры, на одном из реактивных самолетов Бюро, прилетела команда криминалистов. Они сразу же приступили к работе. Через час отпечатки пальцев, найденные как в доме, так и в магазине, были отправлены на самолете в лабораторию ФБР в Вашингтоне, где их пропустили через компьютерную базу данных. Через тридцать минут пришло заключение, разочаровавшее всех. В уголовных досье ФБР подобных отпечатков не было.
Едва Мэттьюз закончил разговор со штаб-квартирой, как остатки его оптимизма искоренил другой телефонный звонок: ему сообщили о зверском убийстве Кэрол Джордан в бруклинском районе Брайтон-Бич. Агенты из нью-йоркского отделения ФБР, вызванные на место преступления начальником Шестидесятого полицейского участка, сообщили, что найдена очередная записка со словами из песни в стиле кантри. Убийство, несомненно, было совершено Маликом.
