– Я бы сказал, ей нравятся рискованные забавы, – согласился Джосая с улыбкой, и Люк подумал, что должен радоваться тому, что Ив на шесть лет старше Верити Уитен, иначе они могли бы своими проделками поставить на уши все графство.
– Раз такое дело, постарайся не выпускать ее из виду в ближайшие дни, Джош. Я сомневаюсь, что кто-то стал бы тратить время на девочку-школьницу, скорее у него зуб на меня, но будет не лишним убедиться, что с ребенком ничего не случится. У нас и без того достаточно хлопот.
– Вы думаете, Верити похожа на мисс Ив, когда та была в ее возрасте, милорд?
– Судя по всему, очень похожа. Ты не хуже меня знаешь, в какие неприятности может попасть такая отчаянная девочка, если она слишком долго предоставлена сама себе.
– Уж это точно. Девочки есть девочки, – усмехнувшись, подтвердил кучер. – Я присмотрю за ней, если она будет выходить из дома, или отправлю юного Сета, когда буду занят. Но когда она в доме, вам будет гораздо сподручней присматривать за ней, чем мне, милорд.
Джосая говорил таким пресным голосом, что Люк подумал, уж не догадывается ли старый разбойник, как ему хотелось бы избежать встреч с матерью девочки в ближайшие несколько дней. Дай бог, чтобы он этого не знал.
– Окем предупредит меня, если кто-нибудь станет проявлять к девочке нездоровый интерес, – сообщил Люк кучеру, которого знал с детства, в надежде, что тот не станет забивать себе голову досужими домыслами.
– Тогда нам не о чем беспокоиться, верно?
– Мне все же хотелось бы узнать, кто этот любопытный незнакомец, – задумчиво произнес Люк. По крайней мере, теперь ему было над чем поразмыслить вечером, помимо того, чтобы гадать, как пережить ближайшие дни и недели, чтобы между ним и миссис Хлоей Уитен ничего не произошло.
Все в доме наконец угомонились, и Хлоя направилась в спальню леди Фарензе, готовясь сменить Калдроуз на ее ночном посту. Она обхватила себя руками, стараясь выглядеть бодрой и энергичной. Хлоя не могла допустить, чтобы старая горничная заметила, что она валится с ног.
Хлоя вздрагивала от одной мысли, что чуть не выдала себя в те безумные мгновения, когда, словно обезумевшая от любви школьница, смотрела в горящие серые глаза лорда Фарензе. Внезапно какое-то странное веселое возбуждение овладело ею, как будто порочная часть ее естества шептала, что она должна перестать сопротивляться и отдаться своему неистовому влечению. Забыть о том, что он лорд, а она прислуга, ведь через несколько недель они расстанутся, чтобы больше никогда не встретиться.
Ощущение безрассудной свободы, охватившее ее, придало ей сил переставлять ноги. Мысль о пустых годах, которые ждут ее впереди, когда она уже не увидит его даже случайно, давила всей своей многотонной тяжестью. Хлоя остановилась у двери и постаралась придать лицу подобающее спокойное выражение, прежде чем войти и посмотреть в проницательные глаза старой Калл и.
– А, вот и вы, дорогая. Этой ночью вам не придется оставаться с ее высочеством, – сообщила старая горничная, кивком указав в другую сторону от кровати, где сидел новый хозяин дома. – Мистер Люк и слышать не желает о том, чтобы здесь оставался кто-то другой, кроме него.
– Да, не желаю, – сказал он бесстрастным голосом, свидетельствующим о том, что возражения неуместны.
– И он совершенно прав, – подтвердила Калли. – Вам надо хорошенько выспаться, миссис Уитен. И не спорьте. Если вы проведете еще один день, пытаясь в двадцать четыре часа сделать работу, которой хватило бы на месяц, то не выдержите.
– Да, отправляйтесь в постель, – приказал лорд Фарензе из темного угла комнаты.
– Хорошо, – согласилась Хлоя, понимая, что не может спорить с ним в присутствии Калдроуз. Она повернулась, чтобы уйти, пока желание возразить не одержало верх.
– Проследите, чтобы она выпила одно из ваших знаменитых снадобий и уснула наверняка, – донесся до нее голос лорда Фарензе, когда Хлоя уже почти закрыла дверь. – Я не хочу, чтобы эта женщина прокралась сюда ночью и заняла ваше место, если я вдруг усну, а потом на новом месте похвалялась, что сидела у одра своей хозяйки день и ночь напролет.
– Вы несправедливы, мистер Люк. Эта девушка любила ее высочество и готова была на все ради нее, – возразила старая горничная.
– Кроме того, чтобы уехать отсюда. – Он так повысил голос, что Хлоя не смогла ослышаться.
Вздрогнув, Хлоя подумала, откуда Люк узнал, что после того, как леди Виржиния испустила последний вздох, она не смогла заставить себя уехать, не дождавшись его приезда. Ей стало зябко при мысли, что он хочет, чтобы она уехала, Хлоя заставила себя пойти прочь и сделала это достаточно шумно, чтобы Люк понял, что ей нет дела до того, что он говорит.
