– Кэрис, что ты здесь делаешь? Где твоя мама? Трехлетняя малышка протянула к ней ручонки. Майя подняла ее на руки и увидела, как из-за припаркованной на лужайке машины вышла мать девочки, державшая за руку ее четырехлетнего брата Дилана.
– Майя, извини, что привезла их без предупреждения, – извиняющимся тоном начала Гвен, ее соседка, – но мне очень срочно нужно съездить в офис. Не могла бы ты присмотреть за детьми пару часов?
На несколько секунд Майя задумалась. От мысли, что она откажет человеку, которому нужна помощь, ее бросало в дрожь.
Правда, она пообещала помочь Уиллу, и подсунуть ему чьих-то детишек едва ли справедливо. Впрочем, возможно, она могла бы помочь и ему, и Гвен, не рискуя вызвать неодобрение одного из них. Если бы Уилл согласился, присутствие детей могло бы даже пойти на пользу. Необходимость следить за ними заставила бы обоих мыслить более трезво. Минуту назад он обрадовался появлению посторонних, возможно, не станет возражать и против их дальнейшего присутствия?
– Подожди минутку. Я правда хочу тебе помочь, но на этой неделе у меня клиент, записавшийся на курсы. Если он согласится, я с удовольствием возьму детей.
Уилл, слегка нахмурив брови, смотрел на луг.
– Уилл? – Услышав свое имя, он чуть не подпрыгнул на месте и перевел взгляд на Майю.
– Какие-то проблемы?
– Не совсем. Проблемы у моей соседки. Она просит, чтобы я присмотрела за ее детьми. Я могла бы взять их на пару часов, и это не помешало нам заниматься, но я должна быть уверена, что вы не возражаете.
– Вы уже согласились? – Голос Уилла звучал немного резко, и в его глазах Майя заметила настороженность.
– Еще нет. Хотя у нее действительно безвыходное положение, и я хотела бы ей помочь.
– Почему?
Вопрос, заданный более мягким тоном, и искреннее любопытство, отражавшееся на его лице, сбили Майю с толку.
– Почему?
Она почувствовала, как под его взглядом по телу разливается тепло, чувства обострились. С каждым вздохом поднималась и опускалась грудь. Легкий ветерок шевелил волосы.
– Я хочу этого. Полагаю, это совершенно естественное желание. Быть хорошей соседкой, добрым другом. А значит, помогать тому, кто в этом нуждается.
Уилл медленно кивнул, продолжая испытующе смотреть на нее.
– О’кей. Хорошо.
Майя пошла назад, хотя не могла отделаться от ощущения, что ошиблась, позволив Уиллу увидеть то, что не хотелось бы показывать. Но когда она увидела Кэрис и Дилана, ее лицо расплылось в улыбке. Кэрис потянулась к ней. Майя, взяв ее на руки, повернулась к Гвен.
– Я обо всем договорилась. С удовольствием возьму их. Может, мне их покормить?
– О, это было бы замечательно. Они еще не ели. Сама не знаю, как я могла об этом не подумать. Ты уверена, что тебя это не затруднит? Спасибо, Майя, ты просто прелесть. Я приеду, как только смогу, обещаю.
Когда Майя вернулась на террасу с малышкой на руках и ее братом, державшимся за ее юбку, Уилл стоял у стола с таким видом, будто собрался на электрический стул. Она вдруг засомневалась в разумности своего поступка. Это могло оттолкнуть Уилла, и тогда все ее усилия пропали бы даром. Он молчал. Дилан, стоявший позади нее, сделал еще полшага вперед и на всякий случай уцепился за ее ногу.
– Кэрис, Дилан, поздоровайтесь с мистером Томасом. – Майя старалась, чтобы голос звучал весело и дружелюбно, надеясь разрядить атмосферу отчужденности между Уиллом и детьми, но, похоже, ей не удалось никого обхитрить.
Она призывала его сделать над собой усилие. Он мог бы отказаться, но согласился, чтобы дети остались здесь, и не должен так себя вести. Однако, пристально вглядевшись в него, она вдруг поняла, что он вовсе не собирался капризничать или грубить. Ну, уж точно не делал этого намеренно. Он словно окаменел. Только губы были слегка приоткрыты, будто хотел что-то сказать.
Майя кожей чувствовала его испуг и страдание. С улицы донесся звук отъезжавшей машины Гвен. Обратной дороги нет. Какое-то время им придется провести вместе.
– Уилл, может быть, хотите вернуться в дом, пойти наверх?
Казалось, звук ее голоса вернул его к реальности.
– Нет, останусь здесь. Привет Дилан. Привет Кэрис.
Майя с трудом расслышала, как дети пролепетали ответное приветствие. Она еще никогда не видела их такими притихшими и понимала, что они чувствовали напряжение между ней и Уиллом.
Еще стоя в коридоре, она решила не обращать внимания на его резкие слова, ранившие ее. Его честность и открытость не были добровольным шагом и не означали, что он никогда не скажет ей ничего подобного. Но зато верный признак того, что может добиться своего, достучаться до него. Майя не хотела отступать.
Они оба понимали, что до конца сегодняшнего дня должны принять решение, как дальше будут развиваться их отношения. Уиллу предстояло согласиться с тем, что, если хочет успешно пройти курс, придется дать волю своим эмоциям. Майя должна была понять, где границы, за которые не стоит переходить. Когда можно надавить, когда оставить в покое. Если они не смогут этого сделать, Уиллу придется уехать.
