*В первой книге этой эпической фантастической трилогии Майлза Камерона, автора книги "Красный рыцарь", молодой маг, проходящий обучение, берет в руки меч и невольно втягивается в жестокий политический переворот.* Арантур-многообещающий молодой маг. Но мир не безопасен, и после того, как противостояние не оставляет ему иного выбора, кроме как продемонстрировать свое мастерство владения клинком, Арантуру поручают тренироваться под руководством знаменитого мастера мечей. Во время интенсивных тренировок он начинает сомневаться в своей кровавой жизни. И пока он учится у мастера, он оказывается в центре политического бунта, который повлияет на всех, кого он узнал. Чтобы защитить своих друзей, Арнатур будет вынужден решить, действительно ли он может следовать за мастером мечей в жизнь насилия и хладнокровной приверженности клинку.
Опять же, что касается принципов, то утверждается, что они могут быть познаны через опыт, но это и обманчиво, и ошибочно, ибо опыт имеет силу устанавливать универсальный принцип только путем индукции из многих случаев; и универсальный принцип никогда не следует из индукции, если индукция не включает в себя каждое единичное для всеобщего, что невозможно ... предположим, что всякий раз, когда вы чувствовали железо, вы чувствовали его горячим. Несомненно, что на основании этого рассуждения вы будете судить о том, что железо, которое вы видите, и все существующее железо-горячее. И это было бы ложным суждением. Железо часто бывает холодным.
Был уже поздний вечер, когда Сир Ксений Ди Брусий был готов покинуть Вольту. Почти все, что могло пойти не так, было сделано, и он торопился и был склонен, даже после жизни, которую он вел, забывать вещи, поэтому он заставил себя стоять рядом со своей прекрасной верховой лошадью в своей городской конюшне с двумя стойлами и пересматривать все.
Он все еще не решил, что делать, когда сел в седло. Он привел себя в движение, главным образом, чтобы не думать слишком много.
Его кобыла была в восторге от того, что на ней едят; она сидела взаперти так же долго, как и он сам, и как только она оказалась на улице позади его дома, она была готова пуститься рысью, а то и больше.
Он придержал ее походку, потому что было очень важно, чтобы его не остановили. Для простого путника он был одет несколько чересчур: высокие черные сапоги до самых бедер, черный полупальто и такая же черная шляпа с черными плюмажами, но он любил красивые вещи, и у него не было времени переодеться.
Он вынырнул из водоворота, ему нужно было оставаться на переднем крае.
Он слышал крики с севера, где находился Дворец Герцога. Он похлопал рукой с уздечкой по мечу, висевшему у него на бедре, и повернул коня на первой же Поперечной улице-прочь от высокого кирпичного дворца на склоне холма, вниз к реке, мостам и улице Сталеваров, где ему предстояло собрать комиссионные.
Ему пришло в голову, что если он получит комиссионные, то сделает свой выбор; он никогда не сможет вернуться в Вольту.
Его также поразило, что насильственная политическая революция может покрыть великое множество темных дел. На улицах уже были мародеры; мимо него прошли двое мужчин с сундуком, но ни один не поднял головы и не поймал его взгляда. Звук бьющегося стекла был почти так же распространен, как и крики с севера.
Он слышал, как стреляет гонн, как щелкают арбалеты, как мимо него плывет серная вонь, отчего его кобыла пугалась. Здесь же стоял едкий запах магии.
Он пустил кобылу рысью, и ее копыта высекали искры из камней мостовой. Вольта был одним из самых богатых городов на Западе, с мощеными улицами и водопроводом из двух огромных акведуков, что все еще было ничто по сравнению с чудесами его дома. Город.
Мегара. Которую он собирался помочь уничтожить.
Или нет. Он все еще не мог решить.
Кобыла резко остановилась. На улице лежал труп, и раздавался звук скрещивающейся стали. Он дернул ее за поводья, свернул в переулок, который тянулся вдоль задних рядов магазинов, и выехал на следующую широкую пустынную улицу, где высокие дома, выложенные красной черепицей, поднимались достаточно высоко, чтобы заслонить Солнце.
Он посмотрел направо и налево, но улица была пуста. От долгой практики его глаза поднялись, глядя на крыши и балконы над ним, но ничто не двигалось, и он послал лошадь рысью. Они промчались по улице, миновали угол насилия и спустились к реке, где он остановил лошадь и повернул на Стальную улицу, где находились оружейники. Он хорошо знал этот магазин; Арнсон и Эгг, две семьи, изображенные на вывеске с золотыми буквами, делали прекрасные гонны с тех пор, как принцип был впервые разработан далеко на востоке.
На мгновение он засомневался: улица казалась пустынной.
Но он увидел горящий свет и дым из трубы, поэтому спешился, привязал коня к коновязи и по привычке сунул кинжал за пояс. Затем он постучал в дверь, несмотря на сгущающиеся сумерки и звуки насилия в Верхнем городе.
Он услышал шаги.
“Ты пришел!- сказал молодой Арнсон.
Он встал рядом с молодым человеком.
“Я пришел за своим фузилом.”
